Комнаты в апартаментах Джеральдины были полны. Кэти видела из кухни, как вошел Джеймс Бирн, в лучшем из своих костюмов, и постарался найти местечко где-нибудь в углу.
– Эй, он не твоего класса, – предупредила Кэти тетушку. – Я бывала в его квартире. Там нет ничего, что тебя вдохновило бы.
– Если бы я не вложила в тебя так много, Кэти Скарлет, то сию минуту выкинула бы с балкона. Мистер Бирн приглашен, потому что дает советы обществу собственников жилья. Одна из леди знала его много лет назад в Голуэе, а теперь он на пенсии и немного помогает. Очень полезный и любезный человек.
Кэти была рада его увидеть. Когда вокруг станет потише, она может спросить, как прошел его обед.
Джун подошла к Питеру Мёрфи, владельцу отеля и большому другу Джеральдины.
– Приятная вечеринка, да, мистер Мёрфи? – поинтересовалась она.
– Да, действительно, дорогая, – рассеянно ответил он с таким видом, словно не встречал ее ни разу в жизни.
– Я на него не произвела впечатления, на этого Питера Мёрфи, – пожаловалась Джун.
– Думаю, он все еще очарован хозяйкой, – ответила Кэти.
– Ну а почему ей не вернуться к нему, раз уж его жена отправилась в лучший мир, а другой ее приятель вернулся к жене? – проворчала Джун.
– Не знаю. Я спрашивала ее, но она стала нести какую-то чушь насчет того, что никогда ничего не пересматривает. Понятия не имею, о чем она говорила.
– Смотри-ка, кто там! – воскликнула Джун, кивая в сторону двери.
Вошел Джо Фезер.
– О господи! – ахнула Кэти.
Эта встреча братьев была первой после модного шоу.
Шона подошла к Джеймсу Бирну, стоявшему у окна:
– Извини, я и не знала, что ты будешь здесь.
– И я не знал, что ты сюда придешь, – просто произнес он.
– Мне бы хотелось как-нибудь в ближайшее время отплатить тебе за гостеприимство, – начала Шона.
– Ох, пожалуйста, не надо думать, что ты обязана… – запинаясь, сказал Бирн.
– Я и не думаю, что
– Но, Шона, это же очень… – тихо начал он, но осекся.
Он хотел сказать, что ресторан слишком дорогой, но это могло показаться бестактным, а то и обидным.
Она, похоже, все поняла.
– Я откладываю деньги, чтобы платить за шикарную квартиру и время от времени обедать в шикарном месте. И мне было бы приятно пригласить тебя. Выбери день.
– Я был бы горд и рад встретиться с тобой там в среду, – сказал Джеймс Бирн.
– Я закажу столик на час дня, – решила Шона и отошла.
– Все в порядке, Том? – спросил Джо, изображая акцент кокни.
– Порядок, приятель, – ответил Том таким же бодрым тоном.
Мгновение-другое они смотрели друг на друга, не зная, что еще сказать.
– Отличное место для приема, – наконец сказал Джо.
– Да, верно. Выпьешь или ты теперь воздерживаешься?
– Я никогда больше не напьюсь, Том. Поверь мне.
– Сурово, а?
– Нет, просто я думал, что, должно быть, был пьян в тот день, когда доверился тому чертову гангстеру, а он чуть не уничтожил меня. Ты об этом слышал?
– Кое-что слышал, – неопределенно ответил Том.
– Ладно, не буду мешать тебе работать. Может, мы как-нибудь на днях встретимся за скромным ланчем, поплачемся друг другу в жилетку?
– Ладно, но я предпочту место, где есть пиво, и я не собираюсь плакаться, предоставляю это тебе. Годится?
– Годится, – согласился Джо.
В апартаментах Джеральдины зазвонил телефон. На звонок ответила Джун.
– Пожалуйста, Джун, можешь снять трубку в спальне и позвать ее? Это Фредерик Флинн. Скажи ей, я не стану отвлекать ее от друзей надолго.
– Здесь все в самом разгаре, мистер Флинн, думаете, вы могли бы…
– Поскорее, Джун, пожалуйста!
Джеральдина ушла в спальню и взяла трубку.
– Да, Фредди? – любезно произнесла она.
– Я, должно быть, сошел с ума! Говорю тебе, я, должно быть, свихнулся. Я не могу без тебя, ты слишком много для меня значишь!
– Не поняла?
– Ты слышала. Я все ей сказал.
– Что именно ты сказал Полин? – спросила она ледяным тоном.
– Ну, что я должен проводить какое-то время в Дублине вечером после работы, что я не могу быть связанным и каждый вечер возвращаться за город, и… ну… ты понимаешь.
– Ох, не надо этого делать, Фредди! Это огорчит Полин и в итоге ничего не значит.
– О чем ты? Я люблю тебя, Джеральдина, ты исключительная женщина! Я был таким дураком, когда сказал, что оставляю тебя.
– Ты ничего такого не говорил, Фредди. Мы согласились, что все иссякло само собой.
– Но это не так… не для меня! – (Она молчала.) – Джеральдина?
– Да, Фредди, я здесь, но у меня там люди, и я должна вернуться к своим гостям.
– Я знаю, что у тебя люди, половина этой чертовой страны, и разве ты не думаешь, что мне тоже хотелось бы там быть?
