– Ох, ну да, а разве не все любят детей? А наши уехали в Чикаго, кроме Кэти, так что у нас здесь никого нет, и так здорово снова иметь в доме детей!
– Вы, наверное, очень расстроились из-за случившегося с Кэти, – сказала Сара.
– О чем вы? – спросил Матти.
– Если вы так любите детей…
– Что случилось? – спросила Лиззи.
Сара вдруг ощутила свинцовый ком в желудке: она поняла, что они ничего не знали о выкидыше. Нил говорил ей, что они с Кэти предпочитают помалкивать, но она лишь теперь это осознала.
– Я думала, именно Кэти сообщила вам, что Мод и Саймона нашли, – беспомощно пробормотала она.
– Нет, нам позвонили полицейские, и трубку снял Матти, – ответила Лиззи.
– И почему бы нам расстраиваться? Мы были очень рады. – Матти явно растерялся.
Сара прикусила губу и, ведя машину в сумерках, говорила себе, что она, должно быть, наихудший социальный работник в Западном полушарии.
– Кэти?
Звонок был поздним. Кэти читала, сидя в кухне. Нил работал за своим большим столом.
– Да, кто это?
– Это Уолтер.
– О!
История, услышанная ею, прозвучала не слишком внятно, но стало хотя бы ясно, что в данном случае Уолтер вел себя нормально и пришел на помощь младшим брату и сестре.
– Я все еще здесь. Они вроде как думают, что я должен дождаться, пока Мод и Саймона не заберут.
– Хорошо, – резко ответила Кэти.
– Я просто… ну… гадал, кто их заберет, понимаешь…
– Мои мать и отец и их социальный работник.
– А будут еще и… ну… как ты думаешь?
– Да, думаю, будут.
– Понял. – Оба замолчали, потом Уолтер сказал: – Наверное, слишком поздно просить тебя…
– Чересчур поздно Уолтер, все уже под контролем, и твоим родителям сообщили.
– Понял, – повторил он.
– Не хочешь поговорить с Нилом или тогда я просто попрощаюсь? – спросила Кэти.
Последовала пауза.
– Ладно, до свидания, Кэти, – произнес Уолтер Митчелл.
Том Фезер был так рад услышать хорошие новости, что испек торт и привез его прямиком на Сент-Ярлат-Кресент. Он приложил к нему карточку со словами: «С днем рождения и добро пожаловать домой, Мод, Саймон и Грохот!» – и оставил у соседей. Он был в восторге, что детей нашли целыми и невредимыми. Такие смешные малыши… Когда-то он говорил Марселле, что у них однажды появятся похожие дети, настоящие личности с головы до ног. Он помнил, как она снисходительно улыбнулась, словно он говорил, что однажды они полетят на Марс на собственном космическом корабле. Возможно, Марселла вообще не собиралась обзаводиться детьми. Ему было неприятно слышать невнятное замечание Джо о том, что в Лондоне дела у нее не слишком хороши. После ее звонка Кэти он догадывался, что, вероятно, так оно и есть. Это было не то, что он хотел услышать… Единственное, что имело смысл в этой обидной и трагической истории, – это если она получила то, чего хотела, сделав то, что сделала. А если ей не удалась карьера модели, зачем вообще все это было?
Той ночью Нил хотел заняться любовью, но Кэти ответила, что слишком устала.
– Ну вот. Устала, значит? – повторил он.
– Я действительно слишком устала. Мне придется встать очень рано, я хочу забрать детей у мамы с папой и отвезти их в школу. Все думают, они должны сразу туда вернуться, это поможет ослабить последствия.
– Конечно, что бы там ни думала мадам педагог, – заявил Нил, обиженный и раздраженный ее отказом.
– Не надо так насмехаться, – сказала Кэти.
– Я не насмехаюсь.
– Ты надо мной смеешься, – возразила она. – Издеваешься.
– А ты меня отталкиваешь.
– Спокойной ночи, Нил, – произнесла Кэти.
И это была одна из все чаще повторявшихся ночей, когда они спали как можно дальше друг от друга.
На следующее утро Ник Райан осторожно ушел из Гленстара за полчаса до того, как ушла Джеральдина. Это была памятная ночь, «восхитительный и важный вечер», так он сказал. Джеральдина пробормотала что-то в знак согласия. Ник Райан явно чувствовал себя слегка неуверенно из-за всей ситуации и из-за того факта, что он не может вернуться вечером в эту гостеприимную квартиру.
– Мне действительно очень хочется… – начал он.
Джеральдина остановила его:
– Давай не станем зря тратить время на желания. – Она налила изумительный кофе в красивые фарфоровые чашки. – Будем просто ждать другого чудесного вечера, когда бы он ни случился.
Когда он ушел, она знала, что он уже влюбился в нее. И похоже было, что все это надолго. Джеральдина вздохнула и подошла к телефону, чтобы позвонить Лиззи. На Сент-Ярлат-Кресент все было прекрасно. Близнецы должны были пока остаться здесь. Кэти приехала, чтобы отвезти их в школу, лапу Грохоту не пришлось ампутировать, ему только наложили шину. А Сара, эта милая социальная работница, добрейшая из всех, сказала, что Матти и Лиззи следует подать документы на опеку над детьми. Она думала, что у них есть на это очень хороший шанс.
Шона Бёрк позвонила Джеймсу:
– Отличная новость, дети нашлись!
– Я рад это слышать, – ответил он. – И где они сейчас?
– У Матти и Лиззи Скарлет.
– Ну, слава богу, что они там! – воскликнул Джеймс, прекрасно осознавая то невысказанное, что повисло между ними.
