– Послушай, Кэти, мы можем начать сначала, забыть обо всем, забыть о трудностях, просто начать с начала. Я соглашусь на ту работу, мы можем уехать, оставить все позади, у нас будет место и время, чтобы во всем мирно разобраться, мы заведем ребенка, когда захотим. Мы можем оставить позади весь этот тяжелый год. – (Кэти уставилась на него, открыв рот.) – Мы это и сделаем. Они меня достают каждый день, хотят, чтобы я передумал. И мы скажем им, что поедем. Поедем вместе.
– Пожалуйста, Нил… нет, пожалуйста…
Но она не смогла его остановить. Он уже несся во весь опор.
– Это именно то, в чем мы нуждались, уехать отсюда… Люди увязают во всем, и ты права, мы теряли друг друга. Вся эта суета с близнецами, и с ограблением, и с твоими родителями, и с моими родителями, и с этой американской свадьбой, и со страховкой, и с работой допоздна, и с отсутствием времени для разговора…
– Это все к делу не относится, – попыталась возразить Кэти.
– Как раз и относится! Как только мы окажемся вдали от всего здешнего…
– Но невозможно, чтобы…
– Мы слишком много работали, мы не давали себе времени остановиться и подумать…
– Нет, Нил! – внезапно рявкнула Кэти.
– Может, ты перестанешь качать головой и говорить со мной как нянюшка? Честно, даже моя мать не так самоуверенна, как ты. Я предлагаю шанс спасти наш брак, мы ведь любим друг друга. Мы так боролись друг за друга, преодолели много препятствий, мы не можем все бросить после одного трудного года, ведь так? – (Кэти промолчала.) – Ведь так? И не надо просто сидеть и укоризненно смотреть на меня, словно я Мод или Саймон. Это серьезно, это наше будущее, видит бог.
– Это твое будущее.
– Я хочу, чтобы оно стало нашим, я хочу, чтобы мы строили его вместе…
– Но…
– Но я не знаю, чего хочешь ты, действительно не знаю. Если бы я знал, что тебе нужно, то постарался бы это сделать.
– Я всегда хотела одного и того же, – ответила Кэти.
– Нет, неправда, что тебе хочется постоянно быть с глупыми, пустыми, богатыми людьми, готовя для них все более нелепую еду.
– Понятно.
– Это не жизнь, это не жизненный путь. Это никогда не было нашим планом. Поедем со мной, давай, мы можем с этим справиться.
– Нет.
– Ты просто упряма, хочешь доказать свое.
– Неправда.
– Мы уже столько раз через это проходили. Это важно! Я в таком положении, что просто не могу вынести эти бесконечные споры. Если ты не поедешь, я уеду без тебя. Я серьезно. Меня каждый день просят. Я просто все сваливаю на тебя. И если ты не собираешься ехать, то какой смысл откладывать отъезд и дальше?
– Никакого смысла, – ровным голосом ответила Кэти.
– Но я не хочу ехать без тебя!
– Да, да, я это вижу.
– Но я поеду, я имею в виду, это же как раз то, чего я всегда хотел. Я думал, этого всегда хотели мы. Я здесь просто прокисну, ожесточусь, между нами ничего не останется, если мне придется жить здесь.
– У тебя очень хорошая карьера в суде, ты делаешь много хорошего для множества людей, для таких, как Джонатан.
– Я могу сделать больше при других масштабах.
– И уедешь один?
– Да, если придется. Я собираюсь это сделать уже теперь, до Рождества, если смогу, а тебе предоставляю решать, присоединишься ли ты ко мне.
– Это неосуществимо. Ты это знаешь. Я это знаю. Ты не можешь принуждать людей.
– А ты вообще поехала бы со мной? – спросил Нил.
Кэти немного подумала.
– Может быть, но не тогда, когда мой бизнес пошел в гору. Я должна расплатиться с долгами, найти кого-то, кто заменит меня.
– И это так много значит?
– А ты думал, это просто игра?
– Я полагал, ты хотела показать моей матери, что способна быть независимым человеком. Я никогда не думал, что тебе необходимо доказывать это кому-либо, но если честно, похоже на то.
– Мы должны будем ей сказать, ты понимаешь.
– Сказать что?
– Что твои планы изменились, что ты уедешь за границу… Мы ведь приглашены к ним на Рождество.
– Да, пожалуй.
– Забавно, думаю, это навсегда будет костью у меня в горле… тот факт, что она была права, когда много лет назад сказала, что я тебе не подхожу.
– Кэти…
– Если ты не против, я не хочу, чтобы мы оба еще сильнее расстроились. Мы можем поговорить более спокойно при дневном свете.
– Пожалуйста, не уходи, – попросил он.
– Это только к лучшему, – сказала Кэти Скарлет, укладывая сумку и уходя.
Она знала, что Том с Коном организуют вечеринку в клубе регби. В клубе имелись кухни, так что им незачем было возвращаться сюда вечером. Прежде чем лечь на обитый веселым ситцем диван, Кэти оставила сообщение для Тома на его домашнем телефоне:
Надеюсь, компания не станет возражать, если я проведу пару ночей на ее диване.
И она отправилась спать. Когда ночью она проснулась, чтобы выпить воды, то увидела, что пришел факс. С простым текстом:
Компания желает тебе сладких снов.
Кэти знала: Том никогда не задаст ей никакого вопроса, как и она не станет расспрашивать его. И это почему-то очень успокаивало.
