— А Артемида хочет… — Бесник помотала в воде ногами. — Мы пока не сможем помочь вам оружием. Я не хочу убивать никого из ваших: ни трезубцев, ни ламантинов. Единственный способ — сделать так, чтобы Морис отравил Артемиду ядом Легранов. Гектор узнал, как они его делали, и сумел стащить немного.
Глаза Люмо расширились.
— Он у тебя с собой?
— Да.
— Артемиду убьёт Ахиллея. Мориса надо просто найти и держать взаперти.
Бесник задумалась, затем кивнула и передала яд в жестяной коробке.
— Нужно только, чтобы он не растворился в воде.
Люмо молча достала из своих многочисленных карманов кошель из материала, похожего на резину.
— Из этого мы делаем воздушные камеры. Спасибо тебе, сушеходная археса!
Морис смотрел из-за кустов, но так и не понял, что это была за русалка.
Дожди скоро должны были закончиться, поэтому в доме "старых знакомых" вскоре собрался совет интеллектуалов, в который вошли Леграны, Ламарк и Йорек, которые, собственно, там пока и жили, и приглашённые: желанные гости Бесник, Гектор и Кхецо и менее желанные Педро Один и Борис. На приглашении последних настоял Гектор, потому что Борис хорошо разбирался в навигации, а Педро был опытным штурманом.
— Ну что ж, — произнесла Кристина, которую все по умолчанию считали за хозяйку. — Мадам и месье, хотя мадам тут вроде только я… — Она прокашлялась. — Хотя мне надоело это представление, нас две.
Все головы синхронно повернулись на Бесник, и двое знакомых Гектора, не бывших в курсе ситуации, синхронно выразили свои эмоции.
— Зашиби меня медведь… Эт чё, баба? Чё за хуйня конячья? — пробормотал Борис.
— Вот так поворот… Капитан, вас едва не пустила ко дну вот эта вот женщина? — спросил Педро Один.
— Так, блядь, и знала, что эта хуйня начнётся! — глухо прорычала Бесник.
Кристина сонно посмотрела на новеньких.
— Съебали отсюда, пока я вас ножом не захуярила, — произнесла она равнодушным голосом.
Гектор заставил Педро и Бориса извиниться, однако в дальнейшем на протяжении совещания они сидели в дальнем углу на старом диване и молча слушали. Борис изредка вставлял замечания, но их сразу отметали, потому что "славяне все по природе сухопутные".
Зато основной состав немного расслабился: Бесник закурила трубку, Кхецо последовал её примеру, Гектор вынул из-за пазухи колоду гадальных карт Таро и начал её тасовать, Ламарк прислонился головой к Йореку, Жюльен уставился в никуда, предаваясь неведомым сладостным мечтам, Кристина тем временем расставляла на большой карте стеклянные камешки, которыми обозначала корабли и силы.
— Значит, так, — начала она. — Иберийцы здесь, а союзники на западе, мы вот тут. Поскольку мы "неудачники", первый удар придётся наносить нам, а уже затем помогут законники.
— А нас не кинут? — спросил Гектор.
Кристина хитро улыбнулась и достала ещё два камешка.
— А вот об этом позаботимся мы и наш папуля. Ты же знаешь, как наш папуля умеет заботиться?
Гектор фыркнул и замотал головой, точно ему плеснули в лицо ледяную воду.
— Я и Жюльен, когда всё определится, вернёмся на Аматор, чтобы послать два небольших кораблика, нагруженного порохом и спиртом.
— Спиртом?! — как по команде переспросили два товарища Гектора и он сам.
— Спиртом, — кивнула Кристина. — Если на нас пойдут русалки, мы просто выльем их в воду. Жюльен нашёл слабость русалок — их жабры. Благодаря близости кровеносных сосудов растворённое в воде вещество может попасть в их организм и отравить его. Тот юноша-русалка, что доставал моего брата, расстелился перед ним как дорогая шлюшка благодаря всего одной бутылке рома.
Кхецо, Бесник и Ламарк с Йореком изумлённо переглянулись. Гектор одобрительно поднял брови и опустил углы рта.
— А если союзники отступят, — продолжила Кристина, — то мы их подорвём. И позаботимся о том, чтобы все узнали, как храбры альбионцы и честные поданные короля Галлийского, иначе говоря — жополизы.
Все промолчали, кто-то из одобрения, кто-то ничего не понял, кто-то и не слушал.
Гектор снял половину колоды, перемешал её и снял с верха три карты рубашками вверх.
— По сути, на войне, которая касается всех людей на островах и побережье Карибского моря, а может, и всей Западной Атлантики, воевать будем только мы, косяк русалок и особо отважные иберийцы, — проговорил он, после чего выбрал наугад одну карту, открыл её, взглянул и нахмурился. — А все остальные подождут, пока мы изнеможем, чтобы войти сзади и вставить нам по самые почки. Проще говоря, мы сдохнем, а все эти альбионцы и честные галлийцы поделят море и землю. А нормальным людям вроде меня и моих ребят что-нибудь останется?
Кристина поджала губы: такого поворота она не ожидала, а Гектор по сути спрашивал с неё. Кхецо виновато кашлянул.
— Ах, да! — Гектор щёлкнул пальцами в сторону его и Бесник. — И авзонцы. Они который раз отдают жизни за Галлию, этим озабоченным праведникам что-нибудь причитается? Красивым же тоже нужно где-нибудь размножаться, а католических священников не хватает.
