| But on the part of the Baggotts and the Harriets, the contention that they were not sufficiently incriminated to bother and so remaining exactly where they were at Twelfth Lake. | Гарриэты и Бэготы делали вид, что они не настолько скомпрометированы, чтобы им стоило беспокоиться, и продолжали оставаться на Двенадцатом озере. |
| But all talking of Clyde and Sondra - this horrible crime and the probable social destruction of all those who had in any way been thus innocently defiled by it. | Но все толковали о Сондре и Клайде, о его ужасном преступлении и о том, что репутация всех, кто так или иначе, без всякой своей вины, запятнан каким-то касательством к этому делу, может погибнуть безвозвратно. |
| And in the interim, Smillie, as directed by Griffiths, proceeding to Bridgeburg, and after two long hours with Mason, calling at the jail to see Clyde. And because of authorization from Mason being permitted to see him quite alone in his cell. | А тем временем Смилли, по указанию Грифитсов, отправился в Бриджбург и после двухчасовой беседы с Мейсоном получил разрешение навестить Клайда в тюрьме и переговорить с ним наедине в его камере. |
| Smillie having explained that it was not the intention of the Griffiths to try to set up any defense for Clyde, but rather to discover whether under the circumstances there was a possibility for a defense, Mason had urged upon him the wisdom of persuading Clyde to confess, since, as he insisted, there was not the slightest doubt as to his guilt, and a trial would but cost the county money without result to Clyde -whereas if he chose to confess, there might be some undeveloped reasons for clemency - at any rate, a great social scandal prevented from being aired in the papers. | Смилли пояснил, что Грифитсы пока не намерены организовать защиту Клайда, а хотят лишь выяснить, возможна ли вообще при данных обстоятельствах какая-либо защита. И Мейсон настойчиво посоветовал Смилли убедить Клайда сознаться, ибо, утверждал он, нет ни малейших сомнений в его виновности, а длительный судебный процесс только будет стоить округу больших денег, без всякой пользы для Клайда; между тем, если он во всем признается, могут найтись какие-нибудь смягчающие обстоятельства, и во всяком случае удастся предотвратить появление этого общественного скандала в раздутом виде на страницах газет. |
| And thereupon Smillie proceeding to Clyde in his cell where brooding most darkly and hopelessly he was wondering how to do. | Итак, Смилли направился в камеру, где Клайд мрачно и безнадежно раздумывал, как ему быть дальше. |
| Yet at the mere mention of Smillie's name shrinking as though struck. The Griffiths - Samuel Griffiths and Gilbert! | При одном упоминании имени Смилли его передернуло, словно от удара; Грифитсы -Сэмюэл Грифитс и Гилберт! |
| Their personal representative. | Их личный представитель. |
| And now what would he say? | Что же теперь говорить? |
| For no doubt, as he now argued with himself, Smillie, having talked with Mason, would think him guilty. | Без сомнения, рассуждал он, Смилли, поговорив с Мейсоном, считает его, Клайда, виновным. |
| And what was he to say now? | Что же сказать? |
| What sort of a story tell - the truth or what? | Правду или нет? |
| But without much time to think, for even while he was trying to do so Smillie had been ushered into his presence. | Но пока он пытался что-то обдумать и сообразить, Смилли уже входил в дверь. |
| And then moistening his dry lips with his tongue, he could only achieve, | Облизнув сухие губы, Клайд с усилием выговорил: |
| "Why, how do you do, Mr. Smillie?" to which the latter replied, with a mock geniality, | - Здравствуйте, мистер Смилли! И тот ответил с деланной сердечностью: |
