Я увидела Джереми только спустя неделю после того дня, как он отвез меня в больницу. Мы с Делией практически переехали к Дексу. Она почти все время спала или массировала область лица вокруг носа. Еще она ездила на сеансы иглотерапии, которые были призваны улучшить циркуляцию крови и ускорить процесс выздоровления. Когда Декс уходил, она, бывало, часами обзванивала знакомых, похоже, составляя для себя рейтинг их любимых пластических хирургов. Я делала вид, что ничего не слышу.
Если ей удавалось в те дни на время отвлечься от мыслей о своей внешности, она тут же принималась работать над моей. Начала она с волос: научила, как собирать их в модный хвост сбоку, зачесывая наверх, чтобы они лучше лежали, когда их потом распустишь по плечам. Она прошлась по всем моим вещам – и тем, которые мы купили вместе, и тем, которые были у меня раньше, – и разложила их по готовым комплектам, как будто мне года два, никак не больше. И настояла на том, что на следующую встречу с Джереми я непременно надену обтягивающий черный топ и джинсы с отворотами, которые мы с ней купили на нашем шопинге. Она мне даже одолжила винтажное длинное ожерелье, которое, по ее словам, спасет меня от слишком расфуфыренного и слишком надуманного образа.
– Поверь мне, – говорила Делия, – парень повез тебя через весь город вовсе не потому, что сам не мог справиться с домашними питомцами. Тебе пора вступить в игру и показать заинтересованность.
– Я
– Ты себя ведешь так, будто у него ветрянка. И я не требую полностью измениться, потому что такой способ очевидным образом работает, но можно немного поддать жару, поскольку лето уже идет к концу.
И я ей верила, ведь выбора-то у меня не было. Я понятия не имела, как Джереми на самом деле ко мне относится, но если допустить маловероятную возможность, что я на самом деле ему нравлюсь, то Делия права: для дальнейших действий мне нужен хороший консультант.
– Идеально, – заявила Делия, отправляя меня в большой мир отрабатывать новые навыки флирта (улыбаться, смотреть в глаза, перестать называть себя троллем из Средиземья). – И не забудь: когда туда приедешь, распусти хвостик и взбей волосы, ладно?
Я кивнула.
Когда мы с Дексом приехали, Джош и Джереми снимались. Они были одеты в свои абсурдно официальные полосатые костюмчики из хлопка, а дворецкий скакал среди декораций, изображая ужас перед воображаемой мышью. «Ради этой роли, – с безупречным британским выговором сказал мне в первую неделю знакомства актер, играющий роль дворецкого, – я учился в Йельской школе драмы». Мастера по причам намазали обоим близнецам волосы гелем и идентично зачесали их на сторону, из-за чего мальчики сделались практически неотличимыми друг от друга.
– Я этого не писал, – шепнул Декс.
– Это обнадеживает, – прошептала я в ответ.
Когда закончили снимать сцену, Джош, тихо матерясь, тут же начал вычесывать щеткой гель. В доли секунды его пиджак полетел на пол, а одна из костюмерш мгновенно его подхватила, будто именно ради этого и родилась.
Джереми прямиком направился к тому месту, где сидела я, одетая и причесанная строго по инструкции.
– Анна. Где ты пропадала? Ты вообще проверяешь телефон?
Видимо, какие-то из усилий Делии начинали приносить плоды, потому что Джереми Тейлор был возбужден и взволнован, и причиной, судя по всему, служила именно я. Я так разнервничалась, что почти насмерть задушила себя одолженным Делией ожерельем, слишком сильно потянув за него.
– Что? Я всегда проверяю телефон.
Он вытащил свою трубку и покачал головой:
– Не доставлено. Сам виноват. Так вот, когда я вышел от твоей сестры… – Он понизил голос и глянул в сторону Декса. – Когда я вышел, я был сильно встревожен. И я припарковался неподалеку и стал ждать, не вернется ли та «хонда».
– И?
– Она вернулась. – Он жестикулировал, показывал вперед, будто мы вместе сидели в машине и наблюдали. – Я попытался за ней проследить, но, кто бы там ни сидел за рулем, гнал он по-настоящему быстро.
Джереми густо покраснел. Уж я-то знала, как он сам «гоняет», но было страшно мило, что он так смутился.
– Эта машина всегда уезжает до того, как я успеваю разглядеть номерные таблички, – сказала я, пытаясь помочь ему справиться с неловкостью.
– Но я запомнил номер.
– Ты что, серьезно?
– И, – продолжил он с видом триумфатора, – теперь я знаю имя и адрес.
У меня слегка закружилась голова.
– Сейчас у нас будет перерыв, потому что надо переписать концовку сцены. Сегодняшний материал – ну ни в какие ворота, даже для этого сериала.
– Да что ты говоришь? – сказала я, и мы дружно рассмеялись.
– Пойдем, – прошептал он. – Давай съездим и все проверим. Только тихо. Если кто-нибудь увидит, что мы уходим, меня заставят здесь остаться.
Нас никто не заметил. Свита Джоша, едва он закончил сниматься, выступила из тьмы и заполонила всю площадку. Сценаристы с Дексом в центре собрались в кучку – защитники из команды, которая вот-вот проиграет. Как только нам удалось смыться со съемочной площадки, мы бегом бросились к машине – возможно, даже с большей скоростью, чем ожидала нас в поездке.
– Ну, и как твоя сестра?
