— Что мы будем делать? — Наконец произнес Завирдяев. — Холодно здесь, вы не находите? Прямо как там…
— Как там, у нас, — усмехнулась Ландскрихт. — Вы про Суперфедерант, верно?
— Про него самый, — ответил Завирдяев. — Сколько нам здесь придется провести времени? Вы говорили про несколько дней?
— Да, надо подождать, когда управление противоракетной обороной придет в полный развал. Тогда нам будет безопаснее всего перегонять шаттл и особенно приземляться.
— Понятно, — ответил Завирдяев и молча уставился вдаль.
— Ладно, предлагаю вам прогуляться кое-куда. Не все же дни тут торчать.
— Куда это? На другую сторону острова? Я уж лучше в шаттл полезу. Можно было бы конечно палатку с собой прихватить, — добавил он, попытавшись пошутить, — да по правде сказать, и это на любителя.
— Вы ведь хотели в Советский Союз?
— Вы же сказали, что машины времени нет. А вообще я бы не хотел это вспоминать.
— Да я не про это. Помните, я говорила про такой мир, где царят советские порядки да на западный манер. Да с марионетками на трибуне. Чем-то СФС вам может напомнить. Будет весело. Хотите?
— А как мы туда попадем? — оживился Завирдяев, по пережитому опыту понимая, что скорее всего, Ландскрихт не стала бы бросаться словами.
— Очень просто. Только вам глаза надо будет завязать. И не подглядывать.
С этими словами она вытянула руку, в которой был непонятно откуда взявшийся черный шарф.
— Ну что же. Делать все равно нечего, — ответил Завирдяев, — Шаттл не надо запирать?
— Вы удивитесь, но надо, — невозмутимо ответила Ландскрихт и направилась к кораблю, попутно накинув шарф на шею Завирдяеву.
— Что вы собираетесь делать?
Все уже веками и тысячелетиями проверено, — деловито проговорила она, встав у лестницы, ведущий в корабль.
Затем она схватилась за ступеньку и поднялась. Послышался лязг металла.
Завирдяев в недоумении зашагал к входному узлу.
— Знаете в чем тут дело? — послышался голос Ландскрихт. — Иногда эти птицы лезут куда их не просят. Здесь вроде бы летают чайки. Ну полярные чайки. Это те еще птички. Если гнездо и не совьют, то проберутся повыше и нагадят. Такие вот они.
Так эта решетка от птиц что ли? — изумленно проговорил Завирдяев, глядя как Ландскрихт спускается обратно.
— Она от всего. Главным образом от камней, но и от скотины тоже. От животины. Как по-русски правильно? Хотя эти все живут у человека в деревне. От животных. Еще от дикарей разной степени развития. Видите те узлы — она указала на какие-то ниши в нижней части корабля — знаете для чего это?
— Для чего?
— Туда можно турели ставить. Электромагнитные пушки в основном.
— Ну и дела. Они все это предусмотрели?
— Да, но «они» это не AEX и не GBA. Я же говорила, этим кораблям уже не счесть сколько лет. Констеллейшны, точнее отдельно взятые инженеры чертежи получили. Это плюсом к тому, что вначале они обалдевшие увидели настоящие корабли. Чертежи в электронном виде, разумеется, искусственный интеллект чуть адаптировал. Что-то не совсем понятное не стали убирать, не стали менять. Вот так и получилось. Забавно, да?
— Ну и дела, — в очередной раз произнес Завирдяев.
— Ладно, завязывайте глаза. — оборвала рассказ Ландскрихт, — все же вам за ваш стресс в полете полагается отдых и развлекаловка. Э-эх, — нетерпеливо проворчала она, — давайте я вам завяжу.
В какой-то момент, когда Завирдяев в полной готовности стоял вытянувшись, Ландскрихт, как уже не в первый раз схватила его за запястье.
— Сейчас вы почувствуете что-то вроде невесомости. Не пугайтесь этого, — объявила она.
Вместо невесомости Завирдяев вдруг почувствовал… что ничего не чувствует. Словно у него не было тела вовсе. Это было совсем не то ощущение, которое он испытывал после парализующих огней. Ясность сознания при этом никуда не пропала. Впрочем, необычное чувство вскоре схлынуло. Длилось оно совсем недолго — Ландскрихт успела лишь несколько слов произнести — все это время она болтала и все это время ее было слышно.
— Снимаем повязку, — торжественно объявила она.
Завирдяев открыл глаза и нимало удивился — перед ним была зеленая местность, вроде какого-то парка. Это определенно был парк, иначе откуда было бы взяться асфальтовым тротуарам.
Ну вот, мы на другой Земле, — объявила Ландскрихт. Вам надо переодеться а то вы выглядите… — она покачала головой, — Нетипично выглядете.
— А вы?
— Я-то всегда в порядке. Идемте, — она потянула его за руку куда-то вниз по тротуару. — У меня там машина и все что надо. Вам будет чего посмотреть и как не надо делать. Вы же все-таки теперь тоже выдающийся деятель. Не забыли?
— Пристегивайтесь, — объявила Ландскрихт, когда Завирдяев и так уже орудовал карабинами.
— Взлет, надо признаться, самое неприятное, — проворчал Завирдяев, — если не считать тот полет с маневрированием, когда вы показывали класс.
— Не беспокойтесь, сейчас все будет куда спокойнее. Полетим на пониженной передаче, как говорят в подобных случаях не знающие ничего кроме автомобиля.