— Сара, — перебил её Сэм. — Твой отец мог бы помочь. У него есть летний дом на озере Уиннипесоки. В Молтонборо. Можно остаться там на несколько дней. В тиши, вдалеке, подальше от всего этого безумия.
— Забрать Тоби из школы? И на работу не ходить?
— Школы закроют, Сара. Ты же знаешь, это разумно. Когда мой брат на воле, когда вокруг всё кишит копами, федералами и…
Она откинулась на стуле.
— Сэм… ладно, потом это обсудим, хорошо? После того, как поешь.
— Конечно, — ответил он. — Ты же знаешь, это разумно. Всего на несколько дней. И всё.
Она набрала воздуха в грудь.
— Хорошо. Пока же… ненавижу это говорить, но когда ты закончишь, нужно, чтобы ты поднялся к Уолтеру.
— Зачем? Что случилось? Слишком громко печатает?
— Нет, ничего подобного. У него там гость, они громко разговаривают и мешают Тоби уснуть. Ты же знаешь, Уолтер обещал вести себя тихо. Может, напомнишь ему?
— Конечно, — сказал он. — Мне нужно знать что-нибудь ещё?
— Ага. Ненавижу, когда ты прав.
Следовало ответить чем-нибудь остроумным, но Сэм предпочёл смолчать. Какое-то время они ели в тишине, затем вспомнив об одной утренней мысли, Сэм произнёс:
— Сара, ты не знаешь, в школе кто-нибудь ездит на жёлтом «Рэмблере»? Четырёхдверный, большой такой.
Она отрезала кусок мяса.
— Нет, кажется. А что?
Сэм задумался. Стоит ли рассказывать ей, что эта машина связана с расследованием убийства? А если расскажет, предположим, это как-то связано с «подземкой» — может ли он быть уверен, что она промолчит? Сара может предупредить этого человека и…
— А, просто, утром, когда подвозил Тоби, кое-что случилось, — тихо произнёс он. — По улице ехал жёлтый «Рэмблер» и чуть не врезался в меня. Подрезал слегка, и всё.
— О, — сказала она, сунув вилку в рот. — Ясно.
«Нет, — подумал Сэм, — не ясно тебе. И не было ясно раньше, когда приводила в наш дом Поля Робсона, ты всё держала в тайне от меня. А теперь я не знаю, какие ещё тайны ты от меня скрываешь. И раз я не могу тебе доверять, значит, наш брак существенно пошатнулся, но я не могу тебе этого сказать, потому что это приведёт к ещё большему количеству вопросов, поднимется шум и крик, а у нас нет на это сил».
Поэтому он сидел тихо, как и должен вести себя порядочный инспектор… и паршивый муж.
Когда Сэм закончил с ужином, он взял пальто и вышел к внешней лестнице. Он взбежал по ступенькам, постучал в дверь и крикнул:
— Уолтер! Это Сэм. Откройте, пожалуйста.
Потребовалось постучать ещё трижды, прежде чем Уолтер открыл.
— Сэм! — со слегка наигранным восторгом воскликнул он. — Как я рад, что вы присоединились к нам. Полагаю, вы здесь, как домохозяин и сосед, а не как работник правоохранения… правоохранительных… полиции.
— Уолтер, я могу войти?
— Конечно.
Уолтер открыл дверь шире и Сэм вошёл внутрь. За столом Уолтера сидел одноногий мужчина и курил сигарету, около стула стояли костыли. Одет мужчина был в чёрный бесформенный свитер и брюки цвета «хаки», правая штанина была подвёрнута почти до самого колена. Его русые волосы были очень коротко пострижены, а то, как он держал сигарету, говорило Сэму, что перед ним иностранец.
— Сэм, позвольте представить вам моего гостя… моего собутыльника на этот вечер… Реджинальд Хейл, в недавнем прошлом, лейтенант ВВС Его Величества. Реджи, это Сэм Миллер, инспектор департамента полиции Портсмута, добрый сосед, и хороший домохозяин. Джентльмены.
— Рад знакомству, — с явным британским говором произнёс Реджи.
— И вам здрасьте, — сказал Сэм.
Уолтер опёрся руками на спинку стула, словно ожидая от неё поддержки. На стуле стоял его кожаный саквояж.
— Реджи даёт мне ряд технических советов. Видите ли, я пишу роман о том, как пилот истребителя попадает в будущее, где цивилизация находится под угрозой и все люди разучились сражаться…
Профессор, вероятно, заметил выражение лица Сэма, поскольку сглотнул и продолжил:
— Но, конечно, мои писательские дела вас ничуть не интересуют. Важно знать технические особенности лётного дела, с которыми сей добропорядочный лейтенант. — Уолтер произнёс это слово на британский манер «литенант» — мне и поможет. А потом мы принялись слушать прекрасные новости обо всех этих дипломатических делишках, что решили провернуть мясник Европы и Царь-рыба из Луизианы, ну и, на столе появилась бутылка, ну и пошли разные другие истории.
— Ясно, — произнёс Сэм. — Послушайте, Уолтер, без обид, но Сара слышала здесь какой-то шум, а Тоби пытается заснуть и…
Пилот Королевских ВВС затушил окурок в переполненной пепельнице, с трудом поднялся на ноги и потянулся за костылями.
— Без проблем, инспектор, мне всё равно пора уходить. Благодарю за гостеприимство, профессор.
Он подпрыгнул на ноге, повернулся и взял костыли, а Сэм не знал, что ему делать — продолжать смотреть или отвести глаза. Поэтому он не стал делать ничего. Лейтенант сунул костыли под руки и Сэм произнёс:
— Вам помочь спуститься с лестницы?
— Премного благодарен, но у меня богатый опыт. Многие и многие месяцы, знаете ли. Впервые встречаю американского копа. Вы же не станете интересоваться моим иммигрантским статусом, правда?
