- Если ты всегда так себя ведёшь, Широ, то неудивительно, что тебя пытаются отравить! – Сказав это, он сразу же захлопнул рот, но было поздно, слова уже вырвались.
Широ замер и со страхом посмотрел на друга.
- Что ты сказал?
Ничего не поделаешь, пришлось объяснять:
- Мне показалось странным, что Акико-тян умерла от удушья, а косточки у неё в горле не было. От чего же она тогда задохнулась? И она ведь ела сливы из вашего горшочка. – Юки помолчал, кусая губы. – Я ничего не говорил вам, не хотел волновать.
Злость полностью покинула Широ, он присел на корточки и уставился себе под ноги. Юки опустился на песок рядом с ним.
- А я думал, это только мои глупые страхи, - упавшим голосом сказал Широ.
- Скорее всего, так оно и есть. – Юки постарался говорить бодро. – Вставайте, Йомэй-сама, нам пора возвращаться в замок.
[1] 30, 3 см
[2] Кодзики — крупнейший памятник древнеяпонской литературы, один из первых письменных памятников, основная священная книга синтоистского троекнижия, включающего в себя помимо «Кодзики» «Нихонги» («Анналы Японии») и сгоревшие во время пожара в 645 г. «Кудзики» («Записи о минувших делах»).
[3] Манъёсю— старейшая и наиболее почитаемая антология японской поэзии, составленная в период Нара. Другое название — «Собрание мириад листьев».
[4] Кокинсю — антология японской лирической поэзии.
[5] Инари – дух риса, богиня плодородия, в частности всех злаковых культур. По поверьям, является людям в облике лисицы.
[6] Ритуальные врата, представляющие собой ворота без створок с двумя столбами, выкрашенными в красный цвет, и двумя вогнутыми перекладинами сверху.
Глава 3 НАЧАЛО ПУТИ
Хлопотный день Юки
Утром следующего дня Юки вышел из комнаты затемно, когда Широ ещё спал. Перехватив на кухне два-три рисовых шарика из остатков вчерашнего обеда и с трудом дождавшись опускания моста, он быстро пробежал через парк и направился к деревне. У него было одно важное дело: из-за поспешного бегства от храма Инари они с Широ не успели забрать свою корову. Её могли хватиться, а обострять отношения с обитателями замка, в частности с владельцем коровы, Юки очень не хотелось.
Разумеется, когда мальчик, проделав долгий путь пешком, вышел к храму, никакой коровы у колышка уже не было, там болтался только короткий обрезок верёвки.
Сказав себе, что сдаваться рано, Юки первым делом отправился искать дом местного священника, рассудив, что тот должен находиться где-то рядом с местом служения. Ему сразу же повезло: обогнув храм, он увидел каннуси[1], сидящего на веранде, свесив ноги. Святой человек был занят: считал деньги. Юки неторопливо подошёл к нему и вежливо поклонился, но каннуси, занятый подсчётами, его не заметил.
- Да будет с вами милость богини Инари! – Самым доброжелательным голосом пропел Юки, снова поклонившись.
Священник вздрогнул и быстро прикрыл деньги руками.
- Ты кто? Вор?
- Что вы, господин, я скромный слуга дома Асакура.
Каннуси смерил его недоверчивым взглядом.
- И какое у тебя ко мне дело?
- Я пришёл за своей коровой. Видите ли, вчера мне пришлось съездить в деревню по важному поручению господина распорядителя, Сагара-сана. Приехал я на этой самой корове, но, накупив разных товаров, понял, что обратно в замок мне их не донести. Пришлось мне нанимать носильщиков, а корову я привязал вот к тому колышку возле вашего святого храма. Зная, какими карами великая богиня Инари карает всех воров, лжецов и укрывателей, я и помыслить не мог, что кто-то из паломников решится похитить мою корову. Не знаете ли вы чего-нибудь об этом происшествии?
- Откуда мне знать? – Возмутился священник. – Делать мне нечего, только стеречь чужих коров. Я что – пастух? Ничего не видел и не знаю. Впрочем, - чуть-чуть подумав, продолжил он, - сегодня на рассвете мимо меня провели корову. Действительно, припоминаю… такая рыжая, на боку пятно?
- Да! – Обрадовался Юки. – И куда же её повели?
- Знать не знаю, был занят! Если хочешь, ступай к каменотёсам, они бездельничают с другой стороны храма. У комаину[2], которых я приказал им сделать для нашего храма, получились такие гнусные морды, что сразу понятно: при работе эти люди смотрят на что угодно, только не на то, что у них под резцом. Спроси у них, может, они чего и видели!
Раскланявшись со священником, Юки обежал храм с другой стороны и, действительно, увидел двух мужчин в рабочих куртках, которые сидели на корточках среди груды камней и о чём-то увлечённо беседовали. Мальчик припомнил, что всё это время до его слуха не донеслось ни одного удара резца о камень – кажется, каннуси был совершенно прав.
- Доброго утра вам, почтенные каменотёсы! Не видели ли вы, кто сегодня рано утром отвязал и увёл корову от вон того колышка?
Мужчины прервали беседу и равнодушно уставились на него.
- Я молюсь о душе этого несчастного человека! – Сдвинул брови Юки. – Его ожидает гнев богини Инари, не прощающей похитителей чужого. И к укрывателям чужих преступлений богиня тоже не благосклонна. Так видели или нет?
Глаз ремесленников оставались пустыми. Юки подумал, что они, должно быть, не слишком религиозны.
