- Согласен на встречу с этим служебным приматом, даже обещаю вести себя прилично. Пусть только не бросается.
Данил не любил книжки про шпионов. Даже фильмы про 007 не смотрел, пока не познакомился с Дашей. Та показала ему пару из классической бондианы с Коннери, Крейга она на дух не переносила, «старый и лопоухий».
На вопрос «если б я был лопоухий» она, помнится, ответила «ну, уши и оборвать недолго», и Данил заткнулся.
Но Оле убедил его, и на встречу в парк они пришли в темных очках. В светлых брюках и цветастых джемперах, каких оба не носили. Будут тайно снимать, пусть помучаются опознавая. Благо, и погода перешла в теплый, солнечный вид.
Мемориальный парк Данилу тоже не нравился. В середине, над братской могилой, на белом подиуме, горел вечный огонь, и с двух сторон на него смотрели фигуры в шинелях, в буденовке и каске. Вдоль аллеек стояли бронзовые памятные доски с именами мертвых, в глубине статуя сидящего солдата-«афганца». Парк отчетливо напоминал кладбище. Но расположен удобно, и уйти нетрудно в любую сторону.
Они сидели на скамейке в боковой аллее, пара праздных остолопов-хипстеров.
Ольгер откинулся на спинку, закрывая вырезанное слово «вобла»:
- Представь, Сайха тоже хочет учиться водить. Права я ей добуду, конечно, и машину, но душа не на месте.
- У нас нет души. А права ей пригодятся. Аренк посодействует с машиной, Дашке же помог купить.
- Ну, он-то найдет дикое и яркое, как гепард в падучей. С броней вы хорошо придумали, перейму опыт.
- Кевлар пришлось заказывать сильно заранее, потом кроить, учти. Жалею, пулемет Даша не дает поставить.
- Я говорил, ваш трансгуманизм не доведет до добра. Сайха захочет пару пулеметов. И огнемет на сдачу, я ее знаю.
-Она хозяйственная у тебя.
Заревой явился минута в минуту, в шесть, этаким дачником, в широких линялых камуфляжных штанах, кедах «100 лет советско-китайской дружбе» и блекло-серой куртке со множеством карманов. И зеленая шляпа-панама на голове. У такого из секретов курятник и ржавые Жигули.
Он присел на скамью и спросил:
- А знают ли благородные доны, как пройти в библиотеку? Или в ресторан «У морского змея»?
- Мы как раз туда, - сказал Оле, - идемте с нами. Там пиво отличное. И дичь. Прямо дикая дичь.
Службист вошел под вывеску за Данилом и перед Ольгером без признаков стеснения или страха, и Данил подумал – не каждый вот так меж двух упырей будет улыбаться. Ольгер запер двери, наверное, табличку повесил, про любимый санитарный день. Вообще-то кухня ресторана идеальный способ избавиться от тела. И даже с прибылью.
Внутри Вадим восхитился моделью драккара и отказался «перекусить, чем придется».
- Нет, без обид, но поговорить без помех мне важнее.
- Да не вопрос, - сказал викинг, - садитесь, сейчас кворум соберем.
Из тени возле стойки нарисовался сэкка, уселся возле стола, скорчил дурашливое выражение, не обманувшее никого.
Заревой уставился на него, как похмельный матрос на бутылку рома.
- Вот, привел человека, - сказал викинг, делая жест десницей.
- На съедение? – спросил сэкка и облизнулся.
- Не ешь меня, добра молодца, - вмешался Вадим, - я еще ого как пригожусь. Серьезно.
- Наглый, - сказал сэкка, - одобряю. Мы тут все наглые.
Заревой сказал:
- Самый настоящий. Я ж о вас с детства слышал, от деда. А увидел лет пять назад, и то издали. Но чтобы вот так за одним столом.
- Это ты за столом, мы в мебели не нуждаемся, - сказал сэкка, - мне и так хорошо. Это к вопросу о приспособляемости. Ладно, мы тебя слушаем. Я обо всех присутствующих, двух и четвероногих, живых или не очень. Что просишь и что дашь. Мы корыстны. Но слово держим.
- Точно, - сказал Ольгер, - слово держат. Подтверждаю.
- Нам нужна информация. О вас. Любая, какой поделитесь.
- Никаких лабораторий, - сэкка взъерошил шерсть на лопатках.
- Что вы, сугубо добровольно. Все, просто все о чем согласны рассказать.
- Тут ясно, - сказал Оле. Данил предпочел благоразумно помалкивать. – Какие-то вещи расскажу и покажу. Если сговоримся.
- Я тоже, - полузверь разгладил мех, - так, мелкие примочки.
- Второе, если согласитесь участвовать в некоторых делах.
- Таскать из огня кое-что кое-кому? – сэкка зевнул клыкастой пастью, показав темно-розовый язык, - невермор, у нас лапки.
- А у нас своих забот хватает, - сказал Ольгер.
- Хотя бы инструктаж. И то за счастье.
Сэкка кивнул.
– Ну, поучать еще туда-сюда. Дрессировать мартышек где-то полезно. Взамен?
- Да что попросите. Для начала, прикрытие. Нет, у вас есть свои ходы и связи, но не везде и не всегда оно поможет. Мы все же многое можем именно в секретной бюрократии. Гостайна, знаете, отличный камуфляж.
- Вытащить из той самой лаборатории при нужде?
- Да. В крайнем случае, устроить побег. Но с нами вы вряд ли туда попадете, я не хвалюсь.
-
- А вам не пофигу ли разборки в иерархии голых приматов?
- Уел, - сказал Оле, - тут он тебя уел. Вольный зверь ты наш, степной волк.
- Ну и ладно, - ответил сэкка, - волчонка всякий бандарлог охаять норовит, пока волчица за него клыки не обнажит. Я не гордый, не загадываю вдаль. Зато жадный. Маловато будет. Еще?