- А вот это вот все, - лысый с отвращением, будто отряхивая руку от чего-то неприятного, провел ей по воздуху по дуге вокруг себя, - Вот это самодовольное убожество, эта дремучая древность, гипнофильм о каменном веке наяву. А ведь рядом с нами, в одном шаге, целый мир существ, которые живут практически в раю! И они готовы подарить этот рай нам. Да вот сейчас прямо готовы! Об этом детям толковал учитель. Но такие как Вы, - если бы Андер не отпрянул, лысый проткнул бы его костлявым коротким пальцем, - ничего не знающие, ничего не умеющие, своими куриными мозгами неспособные даже понять, какой дар вам предлагают - тащите нас в свой затхлый вонючий мирок. С самого рождения вдалбливаете в головы детей, что ради этих ваших дутых Пуччини и Басё они, и их дети, и правнуки обязаны жить во всем этом дерьме, на таком уровне цивилизации и культуры, который ленсы забыли сотни лет назад.
Фил обернулся к лысому и чрезвычайно сочувственно поинтересовался:
- Но если Вам так здесь плохо, почему Вы не поедете в Сумерки?
- Да потому что мне уже тридцать пять лет!!! - закричал лысый, потрясая над головой руками, - Тридцать пять! И двадцать из них вы мне прекрасной человечской культурой засирали мозги в школе и университете. И мне понадобились долгие годы, чтобы понять, какой это все обман!
Лысый внезапно обмяк и растекся по креслу. Его лицо покраснело и блестело от проступившего пота. Он повернул сваркающие ненавистью глаза к Андеру.
- Если бы я уехал в Ленсс, - последнее слово он старательно попытался произнести со свистом на конце, как говорят лесны, - в свои восемнадцать, кто знает, чего бы я за это время достиг? Может быть, я стал бы настоящим ленсоном. Вчера я узнал, что мой одноклассник, тупой идиот без ума и воображения, сбежавший от какой--то грязной истории в Сумерки сразу после школы, только что стал полноправным членом Цеха уборщиков. Понимаете? Кретин, не умевший сложить два и три, имеет статус наравне с настоящимии природными ленсами. А я... И все из-за вас!
Фил выпучил глаза, губы его непроизвольно разъехались в широкой улыбке.
- А Вы в курсе, с кем разговариваете?
- Погоди, Фил, - поспешно остановил его Андер.
Он обернулся к лысому.
- Вы примерно представляете себе, что такое Сумерки? Это совершенно нечеловеческий мир. Там нет неба, нет обыкновенной травы или деревьев. Фактически это огромное подземелье с искусственным климатом и вечным влажным полумраком. Там царят по-своему очень логичные и проверенные многовековым опытом, но абсолютно нечеловеческие законы и обычаи, писанные и не писанные. Это мир, созданный не людьми и не для людей. И сколько бы Вы там не прожили, Вы будете там гостем, тем, кто не может устанавливать свои правила, жить как он привык или как хочет жить, а так и только так, как предписано ленсами. Вы уверены, что готовы к этому?
Лысый, набычившись, не мигая смотрел на Андера:
- Там. Люди. Живут на сорок-пятьдесят лет дольше, чем в стэйтах. На пятьдесят лет.
- Простите, мост Андер? - Андер обернулся на голос. Около их столика стоял молодой кшатрий с эмблемой Цеха мостовщиков и очень официальным выражением на лице.
- Да, чем могу служить?
- Я - Ниглон Лас, координатор Цеха в этом секторе. Ваш первый помощник на время съезда.
Лысый изумленно разинул рот.
- Олли Андер?
Андер встал.
- Хорошо, мост Ниглон. Я иду. Фил, - обернулся он к Вальми, - я сообщу, когда освобожусь.
Андер сделал пару шагов к выходу, но запнулся, почувствовав за спиной напряженное молчание. Он обернулся. Ниглон и Фил пристально и изучающе смотрели в глаза друг другу.
Андер рассматривал черно-белую гравюру на стене аппартаментов резидента. На рисунке красовался волосатый звероподобный человек в звериной шкуре с большой дубиной в руке.
Андер обернулся к Ниглону:
- Кто это?
- Это некий варвар, во время войны с римлянами перешедший на их сторону, - как обычно без эмоций в голосе прокомментировал Ниглон, - "Возлюбив нас оставивший своих родных". Так написано на его надгробии в Равенне. То есть, было написано, - поправился кшатрий, - сейчас же Равенны нет.
Андеру на мгновение показалось, что в него ударила молния. Он украдкой покосился на ленса, не заметил ли тот его замешательство. Но Ниглон был невозмутим.
- Скажите, Ниглон, - без обиняков обратился к ленсу Андер, - а как Вы сами относитесь к тем из людей, которые, принимая культуру Ленсс, полностью прерывают связи с людьми, оставшимися в стэйтах, стараются стать разумными больше, чем сами разумные?
- Это свободный выбор наделенного разумом - выбирать цивилизацию, которая ему больше по душе, - бесстрастно объяснил Ниглон, - А если люди не могут убедить родившегося и выросшего среди них, что их культура ему больше подходит, чем культура пришельцев, чуждый ему во всем, значит, он им не так уж и нужен.
Андер остановился.
- Странно. Сказанное Вами - мысль обидная для людей, но какая-то очень человеческая.
- Я слишком долго прожил среди людей, - ответил Ниглон, - И изучал их.
***
