После ввода войск руководители посольства были вознаграждены за идеологическую бдительность. Степан Червоненко поехал послом во Францию, а в 1982 году ему предложили должность заведующего отделом ЦК по работе с заграничными кадрами и выездам за границу. Ивана Удальцова назначили председателем правления Агентства печати «Новости», избрали кандидатом в члены ЦК…
Судьба Чехословакии в 1968 году решалась партийным руководством, но министр иностранных дел отдал свой голос в пользу крайних мер, то есть ввода войск. На заседании политбюро он говорил, что руководители Чехословакии «не пойдут на наши предложения, и тогда уже мы осознанно будем подходить к решению вопроса о применении крайних мер».
Брежнев сказал товарищам по политбюро:
– Правые антисоциалистические элементы и контрреволюционные силы стремятся ликвидировать социалистические завоевания чехословацкого народа. Мы должны быть готовы дать ответ на возможные нападки на нас за то, что мы якобы без причин вмешиваемся в чехословацкие дела. Но наш долг помочь чехословацкому народу навести порядок в стране.
Громыко успокоил политбюро:
– Сейчас международная обстановка такова, что крайние меры не могут вызвать обострения, большой войны не будет.
Валентин Михайлович Фалин, в ту пору советник министра иностранных дел, ночь ввода войск провел на Смоленской площади. Громыко поручил ему следить за происходящим.
Начальник внешней разведки генерал Александр Михайлович Сахаровский находился в Москве. Всю ночь, пока осуществлялся ввод войск, он находился в своем кабинете.
– Можно ли считать, что первоначальный сценарий отпал? – спросил его по телефону Фалин.
– Если не обманываться, то надо исходить из самого неблагоприятного допущения, – честно ответил генерал Сахаровский. – Весьма осложняется проведение плана операции в самой Чехословакии. Черник и Дубчек, не говоря уже о Смрковском, не пойдут на сотрудничество.
Александр Дубчек был первым секретарем ЦК компартии, Олдржих Черник – главой правительства, Йозеф Смрковский – председателем Национального собрания.
В два часа ночи Фалин разбудил Громыко – министр тоже не поехал домой, а вздремнул в комнате отдыха. Изложил услышанное от Сахаровского.
– Гладко было на бумаге, – буркнул министр. – Известил комитет высшее руководство?
– Этого аспекта Сахаровский не касался. Надо полагать, известил…
Позже Громыко объяснял подчиненным:
– Никаких неожиданностей в связи со вводом войск не было. Был поднят шум, истерия в западной печати. По опыту 1956 года было ясно, что других действий со стороны Запада не будет. Румыны, югославы доказывают, что ввод войск – ошибка. Наш ответ: кроме суверенитета социалистических государств есть суверенитет социалистического содружества. Пусть это не отвечает букве Устава ООН – Устав принимался, когда не было социалистического содружества…
Андрей Андреевич Громыко являлся соавтором решения о вводе войск в Афганистан, принятого 12 декабря 1979 года и оформленного решением Политбюро № П176/125.
Вот как выглядит этот документ, написанный секретарем ЦК Константином Устиновичем Черненко от руки:
К решению приложена справка, тоже написанная Черненко:
