Однажды довелось побывать ни больше ни меньше как в гостях у члена Политбюро и министра иностранных дел Громыко, с сыном которого дружил. Дело было в Крыму, в овеянной пугающими легендами Мухолатке, бывшей сталинской резиденции в Крыму.
– Здесь, в общем-то, можно отдохнуть. Есть все условия, – добродушно пробубнил хозяин, реагируя на протокольные комплименты этому кусочку крымского чуда, о котором совсем недавно прочитал в нелегально привезенной из заграничной командировки книге Светланы Аллилуевой.
Из-за поворота показалась, «поднимаясь медленно в гору», машина, именовавшаяся в народе членовозом, – ЗИЛ-110. Из нее вышел двенадцатилетний внук министра.
– Ой, какая машина! – воскликнула моя дочка.
– Какая такая? – недоуменно поднял брови вверх ее ровесник. – Обыкновенный ЗИЛ!
Были в гостях у Толи Громыко в Москве. Когда собрались уже расходиться, приехал Толин папа. Попить с молодежью чайку.
Один из гостей, мидовец Сева Софинский, получивший вскоре повышение, потом делился с друзьями в свойственной ему манере, не позволявшей отличить шутку от серьеза:
– Вот, посидел рядом с министром иностранных дел и стал завотделом печати.
– Это что, – парировала моя жена. – Посидел министр иностранных дел рядом со мной и стал членом Политбюро.
Дело было в мае 1973 года.
Когда Громыко-младший рассказал об этом своему папе, тот вволю похохотал и сказал, что это лучшая шутка, какую он когда-либо слышал. Смеялась и Громыко-мама.
Она всегда была рада гостям сына:
– Вы приходите почаще. От кого же еще такое услышишь.
Сам Борис Панкин поехал послом в Швецию, а в 1991 году тоже стал министром иностранных дел СССР и обосновался в кабинете, где раньше сидел Громыко.
Андрей Андреевич Громыко сыграл важную роль и в судьбе другого известного журналиста. Владимир Борисович Ломейко был собственным корреспондентом Агентства печати «Новости» и очень популярной тогда «Литературной газеты» в ФРГ. Вернувшись в Москву, стал главным редактором главной редакции Западной Европы АПН. И внезапно его лишили высокой должности, да еще и сделали невыездным – не выпускали в загранкомандировки.
Что произошло?
Об этом много лет спустя поведал Валентин Фалин, в ту пору первый заместитель заведующего отделом внешнеполитической пропаганды ЦК:
Звонок по первой связи Ю.В. Андропова М.В. Зимянину.
Я с докладом в кабинете секретаря ЦК и невольный свидетель монолога председателя КГБ:
– Мои ребята засекли примечательный междусобойчик. Один участник светского раута заметил: выдворенные из страны диссиденты неплохо устраиваются, на что Ломейко бросил реплику: умный человек нигде не пропадет. Похоже, и себя к умникам относит. Комитет рекомендует закрыть Ломейко поездки за рубеж вместе с женой. Просьба поддержать это решение.
Владимир Ломейко много писал. Вместе с Анатолием Громыко они издали книгу «Новое мышление в ядерный век», удостоенную Союзом журналистов премии им. В. Воровского за лучшую политическую книгу 1984 года. Андрей Андреевич оценил Ломейко и сделал заведующим отделом печати МИД СССР.
Валентин Фалин:
