Американский дипломат поспел на вокзал в последний момент – поезд уже тронулся – и сунул паспорта Гопкинсу в открытое окно вагона. А Майский отправил в Москву шифротелеграмму, в которой предупредил о приезде личного представителя президента США и просил принять все необходимые меры для дружественной встречи.
Гарри Гопкинс хотел понять, имеет ли смысл оказывать Москве помощь или война Советским Союзом уже проиграна.
«22 июня 1941 года многие как в военных кругах, так и в обществе в целом заявляли, что не верят в продолжительность советского сопротивления, – вспоминал Эдвард Стеттиниус, который вскоре станет государственным секретарем США. – Немало было и тех, кто даже говорил, что Россия сдастся к 1 августа, а раз так, то, скорее всего, все оружие, которое мы пошлем в Россию, попадет в руки Гитлера».
30 июля 1941 года Гарри Гопкинс вошел в кабинет Сталина. Ему были очень рады в Москве. Личный представитель американского президента пришел к выводу, что русские намерены сражаться до конца. Телеграфировал Рузвельту: «Здесь царит безграничная вера в победу».
Именно Гарри Гопкинс стал символом успешного союза Москвы и Вашингтона в военные годы. Громыко называл его: глаза и уши президента. И в определенном смысле его ноги. Для Андрея Андреевича в Вашингтоне Гарри Гопкинс как доверенное лицо президента оказался важнейшим партнером. Тем более что Рузвельт не раз рекомендовал советскому послу:
– Побеседуйте по этому щекотливому вопросу с Гарри Гопкинсом. Он, возможно, не все вопросы может решить, но докладывать их мне будет точно.
Конечно же, Андрей Андреевич желал понять, с кем имеет дело.
Гарри Ллойд Гопкинс родился в Айове, окончил колледж в 1912 году. Во время экономического кризиса занимался в Нью-Йорке программой обеспечения работой тех, кто ее потерял. Франклин Рузвельт – в ту пору губернатор штата – высоко оценил его успехи. 21 марта 1933 года президент Рузвельт создал федеральное агентство, которое возглавил Гопкинс. Он распоряжался бюджетом в полмиллиарда долларов – эти деньги пошли на программы занятости.
Гопкинс постоянно курил, днем поглощал бесконечное количество чашек кофе, вечером переходил на спиртное. Он любил проводить время с очень богатыми людьми в дорогих клубах. В 1928 году оставил жену с четырьмя детьми. На следующий год вновь женился. Его личная жизнь служила предметом слухов и пересудов… В третий раз он женился в разгар войны, в 1942 году, на Луизе Мэйси, редакторе модного женского журнала «Харперс базар». Она была очень красивой, хотя и с репутацией женщины, видавшей виды. Поговаривали, что прежде она имела богатых любовников, которых ценила за щедрость.
Рузвельт попросил Гопкинса руководить всей программой ленд-лиза. Они так сблизились, что Гопкинс одно время даже жил в Белом доме. Гопкинс встречался со Сталиным трижды – в Москве в июле 1941 года, на Тегеранской конференции в 1943-м и в Ялте в январе 1945-го.
В Совнаркоме составили список того, что хотели получить от американцев: самолеты, танки, зенитные орудия, противотанковые ружья, алюминий, олово, свинец, сталь, фосфор, сукно, пшеница, сахар… И все это было необходимо в ближайшие месяцы, пока не заработает эвакуируемая на восток промышленность!
1 октября 1941 года в Москве закончилась конференция представителей СССР, США и Великобритании. Подписали секретный протокол о поставках Советскому Союзу вооружения, техники и других материалов, включая пшеницу.
30 октября президент Рузвельт, еще не вступив в войну, но желая помочь тем, кто сражается с нацизмом, одобрил предоставление Советскому Союзу займа в размере одного миллиарда долларов по программе ленд-лиза. Условия: никаких процентов, и погашение долга начнется не раньше, чем через пять лет после окончания войны.
Распространение программы ленд-лиза на СССР должен был одобрить конгресс. Несмотря на антикоммунистические настроения, 7 ноября конгресс проголосовал «за». Подарок к очередной годовщине Октябрьской революции…
Началась эпоха тесного сотрудничества в борьбе против общего врага, и в налаживании этого механизма Громыко играл важную роль. Но союзники не очень хорошо понимали друг друга. Гарри Гопкинс рассказывал, как во время одной из первых бесед со Сталиным объяснил задержку с поставками по ленд-лизу забастовками в Соединенных Штатах.
– Забастовки? – удивился глава коммунистической партии. – А у вас что, нет полиции?
Стратегически важные поставки по ленд-лизу составили около десяти миллиардов долларов в ценах тех лет и очень пригодились Красной армии.
