магии — попытался превратить два принесенных из леса булыжника в золотые слитки. В
результате его эксперимента половина лаборатории взлетела на воздух, и если бы не оперативные
действия противопожарной системы Тинуэта, неизвестно, чем бы все это закончилось. По поводу
лаборатории Лэйкил ничего не сказал, а Лайла только вздохнула:
— Папа бы расстроился...
На чем инцидент и был исчерпан. Малость обгоревшую физиономию Дэвида привели в
божеский вид за считанные минуты.
6
Прошла зима. Зима на юге Нимриана мягкая, снежок выпадает небольшими порциями, но
регулярно, и именно такой консистенции, каковая идеально подходит для того, чтобы лепить
снежки и строить снежные крепости. Через полтора месяца снег сошел, и леса с лугами зазеленели
вновь.
Дэвид жил в Нимриане уже почти год. За это время он навидался всяких чудес. Чудеса
происходили тут постоянно, но вторгались в обыденную жизнь как-то очень ненавязчиво и
шокировать могли разве что только постороннего наблюдателя. Двенадцатилетняя девочка,
летающая вокруг донжона на доске для серфинга, или молодой граф, беседующий у любимого
ручья с только что вылезшей оттуда ундиной, — все это было здесь в порядке вещей.
Но не все чудеса были столь безобидными. По весне замок посетила делегация крестьян.
Они пришли утром, и потому господина графа не застали. Он по-прежнему регулярно производил
раскопки в архивах Академии. Когда он явился в замок в середине дня, Дэвид сказал:
— Тут тебя люди дожидаются.
— Что за люди?
— Местные какие-то мужики. Говорят, что...
— А, крестьяне... — Лэйкил сразу потерял интерес к разговору. Махнул рукой — мол,
выкинь из головы эту ерунду. И пошел обедать.
Ближе к ужину стало ясно, что мужички так и будут толпиться у ворот, пока их не впустят
и не выслушают. Впрочем, и вспомнил-то граф о них только потому, что Лайла, выходя на балкон
с доской для серфинга, сунула голову обратно в комнату и заявила:
— А они все стоят, — и шмыгнула снова на балкон.
Лэйкил вздохнул.
— Тинуэт, — позвал он.
— Да, Лорд Лэйкил, — раздался со всех сторон бесстрастный голос.
— Организуй нам привратника.
Воздух посреди гостиной задрожал, сгустился и приобрел очертания человекоподобной
фигуры. Фигура была облачена в доспехи, оставлявшие, впрочем, открытой голову, и вооружена
мечом и кнутом. Гладкая физиономия, уложенные на пробор волосы. Появившееся существо
вполне могло бы сойти за человека, если бы только тело, вместе с доспехами и оружием, не было
прозрачным настолько, что через него, хотя и смутно, можно было увидеть противоположную
стену.
Дэвид не удивился. Он уже видел несколько раз таких существ и знал, что это такое. Это
были незримые стражи Тинуэта, пребывавшие в «упакованном» состоянии в гэемоне замка до тех
пор, пока не возникала необходимость в их услугах. Как, например, сейчас.
— Там, за воротами, толпятся какие-то люди, — сказал демону Лэйкил, — встреть и
проводи их сюда. И проследи, чтобы все они вытерли ноги.
Демон поклонился и растаял в воздухе.
Через пару минут, ведомые прозрачной фигурой, в гостиную пробрались крестьяне. Они
сгрудились у дверей, озираясь по сторонам, мяли в руках шапки и бестолково выталкивали вперед
то одного, то другого ходока.
Лэйкил, попивая вино, разглядывал их, впрочем, без особого интереса.
Прошла, наверное, минута. Крестьяне жались и молчали.
— Ну, — сказал, наконец, граф. — Чего надо?
— Это... — Один из мужичков от волнения надел шапку, но тут же, густо покраснев,
судорожно стянул ее обратно. — Господин граф... ваша светлость, значит... Извините, значит, что
побеспокоили мы вас...
— Короче.
— Беда у нас, — хрипло сказал другой мужичок.
— Да-а? — протянул Лэйкил. — Беда... Ну беда. А мне-то что за дело?
— Так это... — взволнованно заговорил первый. — Необычная это беда, ваша светлость.
Это такая беда, — он развел руки, показывая, какая огромная это беда, — что уж без вас мы и не
знаем, как быть-то.
— По колдовской это части, — доверительно сообщил второй.
Лэйкил поставил бокал на стол и сцепил руки на пряжке пояса.
— Друзья мои, — сказал он негромко, — кажется, вы принимаете меня за кого-то другого.
Я что, знахарь? Деревенский ведун? Или, может быть, вы считаете меня наемным магом,
зарабатывающим себе на кусок хлеба снятием порчи и заключением договоров с водяными?.. А?
Крестьяне беспокойно зашевелились. Самые смелые попытались было что-то сказать, но
Лэйкил поднял руку, показывая, что еще не закончил.
— Как и мой дядя, — молвил он, — каждый год я исправно оплачиваю содержание
наемного чародея, который живет у вас и занимается всей этой ерундой. Почему вы не обратились
к нему? Или вы хотите сказать, что этот прохвост сбежал с моим золотом?
— Не сбежал он, — тихо сказал второй мужичок. — Спепелили его, ваша светлость.
— Чего-чего? — Голос Лэйкила уже не был таким безразличным. — Кто осмелился сжечь
чародея, которого я нанял?
— Дракон.
Повисло недолгое молчание. Сказав самое главное, крестьяне притихли.
