На ночь остановились в придорожной гостинице, сытно поужинали, вымылись и легли
спать. Они не видели, как в середине ночи к дому подошли вооруженные люди — слишком
уверенные в себе, слишком хорошо вооруженные, слишком сытые для того, чтобы быть
обыкновенными разбойниками или наемниками. Не зажигая огней, они окружили дом. Двое
бесшумно скользнули внутрь. Через минуту в дверях появился хозяин гостиницы с женой и
детьми.
— Кроме них, в доме есть еще постояльцы? — спросил предводитель отряда.
— Нет больше никого, господин Тарлет. Ваши ж люди все дороги перекрыли... Не ездит
никто...
— Вот и отлично. Отведите их в лес, — распорядился предводитель, кивнув на хозяев
дома. — Развалюху — сжечь.
Ужас исказил лицо хозяина гостиницы.
— Но... вы... господин сотник!..
— Тебе возместят убытки, — бросил сотник Тарлет. — Начинайте!
С четырех углов подпалили дом. Горящими стрелами осыпали стены и соломенную
крышу.
— Если выберутся, цельтесь, прежде всего, в людей, а не в гномов, — приказал Тарлет. —
Один из людей — колдун. Его нужно убить в первую очередь.
***
...Они проснулись почти одновременно. Короткого взгляда, брошенного в щель между
ставнями, хватило, чтобы понять, что на этот раз они влипли всерьез. «Донг, донг, донг» —
тыкались в стены дома горящие стрелы. Было темно и душно, пахло дымом. Слышался треск
разгорающегося пламени.
— Да их не меньше сотни!
— Надо выбираться наружу, — хрипло сказал Янган.
— Из нас сделают ежей.
— А здесь мы сгорим!!!
«Последний союз» судорожно вооружался, мешая друг другу в темноте. Усмешка судьбы
— гостиница начинала гореть, а у них не было лишней минутки, чтобы зажечь свечу в комнате.
— Дэвид! Ты можешь погасить огонь?!
Землянин, который, закрыв глаза, пытался сейчас сделать именно это, отрицательно качнул
головой, забыв о том, что его жест, скорее всего, никто не увидит. Сил не хватало. Пламя
разгоралось слишком быстро, вдобавок лучники не переставали осыпать дом горящими стрелами.
— Колдун! Ты что, спишь?!!
— Я не могу.
— Тогда... — Талеминка закашлялась. — Ничего не остается.
— Всего готовы?!! — проревел Родерик.
— Подождите! — Дэвид поднялся. Глаза колдуна слезились от дыма, горло пересохло. —
Я займу лучников... Подождите. Я скажу, когда.
Прошла минута. Люди и гномы, собравшиеся в комнате второго этажа, чувствовали
смертоносный жар, подступающий все ближе с каждым ударом сердца. Дышать стало уже
совершенно невозможно.
— Колдун!!!
— Сейчас... — Дэвид бешено жестикулировал, заканчивая пряжу заклятья. Немного
помогало кольцо, но даже с колдовским камнем нельзя было унять ярость всепожирающего огня...
— Идите!
Отряд бросился вон из комнаты. Коридор уже горел, как и весь нижний зал — сплошная
стена пламени.
Дэвид снова закрыл глаза и, сведя руки вместе, стал медленно разводить их. Кровь
отхлынула от лица, в голове разгорался убийственный зной, но пламя, повинуясь движению его
рук, расступилось — до самой двери. Гномы и люди устремились вперед. В этот же миг поднялся
ветер.
Хотя Дэвид не мог полностью потушить охвативший гостиницу огонь, он сумел захватить
часть пламени и управлять им по своему желанию. Окружавшим гостиницу людям, наверное,
показалось, что дом внезапно взорвался — из всех окон вырвались пылающие потоки и длинными
языками устремились к солдатам. Серьезно пострадало, впрочем, всего несколько человек,
остальные были ошеломлены и на несколько секунд перестали стрелять. В этот самый момент,
выбив почерневшие доски входной двери, из гостиницы выбежало шестеро гномов и четверо
людей. Руки лучников снова потянулись к колчанам, но ни одного выстрела никто из людей
герцога так и не сделал. Начавшийся минуту назад ветер неожиданно окреп и закружился вихрем
вокруг гостиницы, разнося пепел и пламя. Это была настоящая буря. Солдат едва не сбивало с ног,
обученные рыцарские лошади ржали, вставали на дыбы и, сбрасывая седоков, убегали прочь. Не
то что стрелять — видеть в начинающемся хаосе можно было всего лишь на несколько шагов.
Смутной тенью в самом сердце бури высился почерневший двухэтажный дом, из окон которого
продолжали вырываться потоки огня. Каждый всплеск нес смерть, как минимум, двум или трем
людям — пламя охватывало их вместе с выставленными вперед щитами, настигало, если они
пытались бежать, не гасло, как бы они не катались по земле и не пытались его сбить. В эти самые
секунды, когда отлично вышколенная, прошедшая не одно сражение сотня дрогнула, а сам Тарлет,
выкрикивая какие-то команды (которые в бешеном реве ветра не слышали даже оба его
адъютанта), уже ничего не мог изменить, из бури вылетел «Последний союз». Рты гномов и людей
были раскрыты в крике, слившемся с воем ветра, руки сжимали мечи и топоры. Они не
