Однако, как выяснилось, ему в этом помогла не служба, а первый брак с госпожой Кокнар — вдовой преуспевающего адвоката. Она была старше мужа на двадцать лет. Детей в этом браке не было. Прожили супруги не долго, около пяти лет, а потом она скончалась от сердечного приступа. Второй брак месье дю Валлона был с некой девицей де Брасье, которая была единственным ребёнком в своей семье, и чьё имение перешло к месье дю Валлону. К несчастью, она умерла во время родов вместе с новорождённым сыном. Позже друг Оливье сумел приобрести ещё одно имение — «Пьерфон», и, с помощью образовавшихся связей при дворе, получить титул барона. Сейчас он был состоятелен, с обширными землями и доходами. По словам супруга, он вполне мог себе позволить то, что обычно было по карману лишь графам и маркизам.
Что же касается самого месье дю Валлона, то он был довольно высокого роста, его отличала хорошо развитая мускулатура, широкая грудь, сильные ноги и руки. Единственным минусом в его фигуре было небольшой живот, который мужчина пытался скрывать за достаточно свободным покроем камзола. У него были густые рыжеватые волосы, серые глаза, черты лица крупные, но довольно гармоничные. Месье дю Валлон был неиссякаемым источником шуток, редко пребывал в плохом настроении, а о еде и лошадях мог говорить часами.
Узнав о горе своего друга, он приехал в сопровождении небольшого обоза, прихватив бочонки с его отборным вином, окорока, туши лично им убитых оленей и зайцев. Как сказал Оливье, он любил кропотливо взращивать благородную дичь в своих угодьях, а затем и методично загонять.
Поэтому мне было немного жаль этого добродушного и несколько простоватого на вид мужчину, незамысловато подчёркивавшего роскошь своих нарядов. На мой взгляд Женевьева была способна довести до могилы любого нормального человека. С некоторым осуждением во взгляде я наблюдала за встречей графа и его друга.
— Вы, как всегда приезжаете не с пустыми руками, — улыбнулся супруг, наблюдая, как слуги таскают провизию в замок.
— Оливье, этого добра мне уже некуда девать, а тут оно будет быстро использовано в хорошей компании, — ответил барон.
— Я, кстати, слышал, что и у вас самого тоже горе. Рене писал, что мадам графиня была тяжело больна, — как можно тише, дабы не смущать меня, произнёс он, обращаясь к графу.
— Да, друг мой. Но она уже оправилась, всё хорошо, — кивнул, улыбнувшись, Оливье.
— О, чудесно! Надеюсь, что мой подарок её порадует!
С этими словами месье дю Валлон подозвал слугу с большой корзиной, откуда доносился странный шорох и возня.
— Мадам, примите в дар от меня этого прекрасного щенка, кобелька, прусской породы «Такс Крайгер», — указав на корзинку, торжественно произнёс барон.
— «Барсучий воин»? — быстро перевела я иностранное название.
— Верно! Охотится на барсуков, кротов… Иначе говоря, премилое создание, — согласился месье дю Валлон.
Сняв крышку, на дне, обложенным сеном, я увидела смешное создание. Это был низкорослый щенок с кривоватыми лапками, необычайно продолговатым туловищем, и с довольно длинными свисающими ушами. Острая мордочка и как и всё туловище его были чёрного, точно смоль, окраса, с рыжеватыми подпалинами и животиком. Увидев меня, животное довольно тявкнуло, и завертелось.
— Большое спасибо, месье, он просто чудесен! — невольно захлопав в ладоши от восхищения, улыбнулась я нашему гостю.
— Ну, теперь вы будете думать, как его назвать, — усмехнулся мой собеседник.
— Действительно! У меня никогда не было такой породы, а над именем надо поразмыслить…
Исаак заговорщически придвинулся ко мне и прошептал:
— А назовите его Атосом, мне кажется подойдет.
Я подняла удивлённый взгляд на барона.
— Зачем? Это больше похоже на название горы, — возразила я.
— О чём вы там шепчетесь? —полюбопытствовал Оливье.
— Месье дю Валлон предложил назвать собаку Атосом, но по мне, имя — как могильная плита. Больше подходит захоронению, зачем же издеваться над животным? — начала я.
Исаак вдруг громко рассмеялся, а Оливье поджал губы.
— Мадам, в мою бытность мушкетёром я носил сие имя. Поэтому называть им кривоногое и остромордое создание, не позволю, — процедил он.
— Надо же, — только и смогла произнести я.
Я была смущена и растеряна. Неловкое чувство того, что сим комментарием я могла обидеть супруга, прокралось в голову. Но откуда мне было знать? Затем внезапно меня озарила мысль.
— А давайте назовем щенка Рене? — предложила я.
— Отличное имя, для кобеля! — радостно закивал месье дю Валлон.
— Действительно и так подходит, и, самое главное, короткое, — согласился Оливье.
— А как обрадуется месье аббат, когда увидит это милое животное, — добавила я.
Мужчины рассмеялись, а я улыбнулась.
— Главное, не давайте Рене гадить в замке, держите поближе к псарне, — смеясь продолжил наш гость, проходя в холл.
— Мой друг, — внезапно, словно невзначай начал граф, — Неужели вам не одиноко в своих владениях, в компании гончих, да испанских жеребцов?
