Ангел с черным крылом полностью

Еще несколько девушек предложили свои варианты ответа на этот вопрос. И тут доктор Пингри уставился прямо на Уну.

– А вы что молчите? Можете назвать какое-нибудь заболевание, связанное с нарушением положения позвонков? Вчера вы были весьма красноречивы!

Уна постаралась отвлечься от того, как нагло он смотрит на нее, и стала судорожно вспоминать всех тех калек, что видела в трущобах. Всех этих уродцев с вывихнутыми, сплющенными или перекошенными конечностями. Но Уна не знала медицинских названий всех этих диагнозов.

– Так что, у вас нет идей? – торжествующе посмеивался доктор Пингри. – Я так и думал!

Он стряхнул мел с воротничка своей рубашки и продолжил:

– Теперь перейдем к костям черепа. Здесь расположено восемь…

– Горбуны! – воскликнула Уна.

– Э-э… Что, простите?

– Заболевание, связанное с деформацией позвоночника. Горб на спине.

– Я могу лишь предположить, что вы имеете в виду кифоз, но это не заболевание как таковое, а состояние, которое может быть вызвано целым рядом заболеваний. Так вот, как я уже сказал, череп состоит из восьми костей.

Уне опять захотелось как следует взгреть этого доктора Пингри. Он полноватый и ростом ненамного выше нее. Она уже дралась с мужчинами, даже намного моложе и крепче этого доктора, – и неизменно выходила победительницей и лишь с парой царапин.

Но как ни сладко ей было представить, как она засветит ему прямо в его мясистый нос, она понимала, что не может себе этого позволить. Слишком велика цена. Да, он сам не может исключить ее из школы, но он тут же побежит к директрисе, если почувствует хотя бы тень своенравия в ее поведении.

Поэтому Уне пришлось сложить руки на коленях и придать своему лицу максимально спокойное выражение. Ей надо просто слушать – или хоть делать вид, что она слушает, – и этот докторишка не сможет обвинить ее ни в чем.

Но вот доктор Пингри закончил, наконец, свою пространную лекцию… и попросил сестру Хэтфилд раздать всем доски и мел для проверки усвоенного. Уну бросило в холодный пот. Экзамен? Если она сделает сейчас хоть одну ошибку, она сегодня же окажется опять в кабинете директрисы.

Взяв доску и мел, она почувствовала себя как в школе много лет назад. В животе заурчало от страха, как бывало перед контрольной по математике и географии. И то, что тогда у нее были всегда только высшие баллы и за знания, и за поведение, сейчас ей не поможет. Ей не простят даже единственной ошибки. Любой другой ее сокурснице простили бы – но не ей.

– Сейчас я буду показывать вам образцы костей. Вам нужно будет описать каждую из них: название, тип и местоположение в скелете человека. По окончании экзамена у вас будет пять минут, чтобы проверить написанное. Затем я соберу доски для проверки. У кого-то есть вопросы?

«Да! – хотела выкрикнуть Уна – Какого черта никто не предупредил перед лекцией, что после нее сразу будет экзамен?»

Если б Уна знала это, она ловила бы каждое его слово. Вообще ей следовало бы восхищаться им как раз за то, что он не предупредил об экзамене. Так поступил бы любой хитрый и опытный напарник по воровству. Но сознавая это, она возненавидела его еще сильнее. И ей становилось все страшнее, прямо до дрожи.

Слава богу, Дрю сидит прямо рядом с ней. И вот доктор Пингри показал всем первый образец кости. Уна притворилась, что пишет ответ, а сама стала коситься на доску Дрю. «Ключица, длинная кость, плечевой отдел». Не успела Уна написать все это на своей доске, как доктор Пингри перешел уже к другой кости. Уна подняла на него глаза, ведь если она попадется на списывании, ее все равно исключат.

И он показал так с дюжину костей. Уна не успевала за ним. Некоторые из них – например, позвонки, о которых доктор говорил так долго, – Уна узнала и сама. Но в большинстве случаев ей приходилось списывать у Дрю. Все-таки годы воровства не прошли даром: Уна подглядывала незаметно и запоминала быстро. А то, что не успела списать, она надеялась дописать в то время, что доктор Пингри отвел девушкам на последующую проверку. Но… после того как доктор Пингри показал последний образец кости, Дрю лишь быстро взглянула на свою доску и сдала ее.

Уна шумно сглотнула и вновь уставилась на свою доску. Она успела записать только половину ответов. Еще пару она могла бы попробовать угадать. Затылочная кость выглядела вроде как плоская… или неровная?.. нет, все-таки плоская, и относится она, конечно же, к черепному отделу. Но форму большинства костей она не запомнила совсем и не могла точно определить, к какому из отделов их отнести. Уна слегка заерзала на стуле, косясь на доску другой своей соседки. Но у той ответов было еще меньше, чем у Уны. Да и почерк такой, что разобрать хоть что-то было абсолютно невозможно. Придется попытаться списать еще у кого-нибудь. Но у кого? Из-за Дрю она сидит в самом первом ряду, так что шансов списать практически нет. Подглядеть на доску соседки – это еще куда ни шло, но вот обернуться, чтобы посмотреть на доски сидящих сзади, уже совсем другое дело.