– Кто получатель?
– Абуллак, – сообщил Стрелок. – Ты его знаешь, он раньше был надежным…
Михаил достал из кобуры пистолет, Стрелок счастливо улыбнулся, когда Михаил сунул ему под подушку.
– Тебе нет равных, Макрон…
– На всякий случай, – предупредил Михаил. – Уже сумеешь, по глазам вижу.
Дверь приоткрылась, вошла медсестра с планшетом в одной руке и с допотопным термометром в другой, строго взглянула на Михаила:
– А вы как прошли без разрешения?
– Не только я, – ответил Михаил и, поднявшись со стула, кивком указал на два распростертых тела. – Только им оказывать помощь вряд ли стоит.
Она охнула, глаза полезли на лоб, Михаил уже приготовился подхватить выпавшие из ее рук планшет и термометр, однако она прижала их к груди и выбежала из палаты.
– Я пойду, – сказал Михаил быстро. – А ты знаешь, что сказать.
Он бросился к окну, распахнул и выпрыгнул в одно движение. Успел услышать испуганный вскрик Стрелка, и уж в пути к далекому асфальту успел подумать, что три этажа, возможно, многовато.
Однако ударившись оземь и откатившись к стене здания, понял, что это многовато для психики Стрелка, но тот подумает и наверняка объяснит какими-то хитрыми трюками десантуры особого назначения.
Народу с этой стороны здания нет, он прошел до угла, оттуда открылся вид на улицу за высоким заборчиком из стилизованных пик. Чаще всего там проходят люди с пустыми сумками, веселых мало, явно родственники навещали больных.
Он красиво перемахнул через острия, ухитрившись не задеть брюками, поймал пару косых взглядов со стороны прохожих, но сделал неприступный вид любителя-экстремала и зашагал по тротуару тоже деловой, суровый и сосредоточенный.
На улице немноголюдно, разгар рабочего дня, туристы стремятся в исторический центр города, солнце в зените, в майках и шортах не только юные девушки, но и обремененные возрастом и мощными животами взрослые особи.
Кафешка впереди в попытке привлечь посетителей выставила три столика под широкими зонтиками на улицу, расположив их подальше от проезжей части. Михаил присел за один.
Все знакомо и привычно до щема, Михаил не сразу ощутил, что странное чувство от иного взгляда на мир. Среди этих мирно прогуливающихся прохожих вполне может быть демон, а то и не один.
И хотя их в пятнадцатимиллионной Москве не больше сотни, как уверяет Азазель, но и этого много. Демоны вообще-то должны жить в своем мире, а не здесь, Азазель напрасно допускает такие поблажки, разрешая отдельным особям селиться среди людей.
По проезжей части скользят с легким шорохом тысячи и тысячи автомашин, электромобилей вообще не слышно, а компьютеры позволяют держать высокую скорость и тесные ряды, что полностью уничтожило то мерзкое явление, которое люди называли пробками, а навигаторы вереницами.
Он сам не заметил, как смартфон оказался в его руке.
– Бизон, – сказал он коротко.
Незримый помощник моментально отыскал Бизона, через пару секунд на экранчике возникло его встревоженное лицо.
– Макрон?
– Со Стрелком пока в порядке, – сообщил Макрон. – Жить будет, руки-ноги целы, а дырки затянутся. Но какая-то хитрая сволочь вызвала охрану ко входу, а к нему послали двух ликвидаторов.
Бизон охнул:
– Но как…
– Я успел раньше, – ответил Макрон кратко, – но допросить не успел. Кто может знать, куда доставили Стрелка?
– Ястреб, – ответил Бизон немедленно. – Другой ниточки с Управлением у нас нет.
– Понятно, – ответил Михаил, – у этого Ястреба слишком много возможностей. Я его тоже никогда не видел. А звонки от него с одноразовых телефонов… правда, теперь их тоже можно отслеживать… Ладно, побереги Стрелка. Охране ни шагу от двери!.. Никого не впускать, а с врачом или медсестрой входить в палату и следить за их руками.
– Сделаем, – заверил Бизон и спросил с надеждой: – А Стрелок… в самом деле может выкарабкаться?
– Уже выкарабкивается, – заверил Михаил. – Уже.
Азазель как-то обронил, что средства слежения стремительно совершенствуются. Камеры видеонаблюдения на ходу обрабатывают лица и фигуры всех проходящих мимо, подслушивающие и подсматривающие устройства слышат и видят за сотни шагов, в то время как их почти не засечь, потому мир очень скоро станет просматриваемым насквозь и совсем-совсем безопасным.
А пока, подумал Михаил хмуро, как сказал один мудрец, будущее уже наступило, только распределено еще неравномерно.
Раньше это он держал связь с Ястребом, тоже по одноразовой связи, но Ястреб из Управления, а там вполне могут принять решение прервать или вовсе закрыть какие-то щекотливые операции, а их участников ликвидировать, чтобы никакие журналисты не докопались до компрометирующих власти деталей.
Осмотревшись, он вытащил смарт и, загораживая экран, чтобы даже пролетающий над головой дрон не увидел, кому звонит, отыскал нужный номер.
– Это я, – сказал он осторожно, – тут одна проблема…
Лицо Азазеля на экранчике смартфона приблизилось, взгляд стал серьезным.
– Понял. Жди там.
