- Спокойно, - подняла я ладонь, - давайте начнём сначала. Меня зовут Миленич Эвива Леонидовна, я главный редактор журнала « Планета спорта », и заместитель генерального, главный редактор, и совладелец журнала « График Интертеймент Продакшн Плюс ». Журналистка. А в свободное время занимаюсь частным сыском. Я не из милиции, просто помогаю людям. Неприятности тянутся за мной хвостом. И вчера около коттеджного посёлка, где я живу, из леса выбежала девушка, и кинулась мне на машину. Я решила, что сбила её, хоть и ехала с маленькой скоростью. Но оказалось, когда приехала милиция, что в девушку стреляли, и ранили ножом. Тайком от милиции я пошла исследовать местность, и нашла катакомбы. Под нашим посёлком самый настоящий лабиринт, а там, в камере, я обнаружила вещи Виринеи, и её паспорт. Она выбежала в одной блузке, юбке, и сапожках. Расскажите, пожалуйста, я попробую помочь.
Марфа минуту смотрела на меня, будто проверяла на прочность. А потом рухнула на диван.
- Правду говоришь? – хрипло спросила она.
- Зачем мне врать? – вздохнула я, - чистая правда.
- Не верю, - она разом втянула в себя остаток сигареты, и посмотрела на окурок, - дай ещё одну.
- Пожалуйста, - протянула я пачку, и дала прикурить.
- Не верю, что Вирки больше нет, - проговорила она, затягиваясь сигаретой, - она мне звонила неделю назад. Сказала, что у неё всё отлично. Что нашла какого-то мужика, о любви что-то болтала.
- Вы что-то говорили, будто Виринея кого-то обманула. Надула, как вы сказали, - напомнила я.
- Ладно, слушай, только дай ещё сигарету, - и она начала свой рассказ.
Она стала рассказывать издалека. Начала с воспоминаний о себе, и вскоре стало понятно, что многое, что произошло позже, имеет отношение к её прошлому.
Марфа Иванчук была из семьи профессоров. Да, к сожалению, так получилось, что профессорская дочка пошла по кривому пути.
Ясное дело, она не собиралась становиться зэчкой. Марфа планировала поступить в филологический факультет, отлично училась, и была гордостью родителей.
Окончила школу с золотой медалью, поступила в МГУ, блестяще окончила его, потом аспирантура, кандидатская...
Всё было хорошо. Марфа стала работать в институте, вышла замуж за однокурсника, родила дочку. Что ещё надо для счастья?
Любящий муж, Алиса, которая росла на радость матери, любимая работа. Ничто не предвещало беды.
Но её муж решил купить машину. Когда сказал об этом, внутри женщины ёкнуло, и она стала отговаривать его от этого.
- Марфуш, что с тобой? – засмеялся Аркадий, - машина, это решение многих проблем. Алису будем возить в школу.
- Я что-то чувствую, - вздохнула Марфа, - сердце ноет.
- Какие глупости! – улыбнулся супруг, - я в это не верю. И тебе не советую, - и купил машину.
В тот день Марфа была на работе.
Звонок раздался в два часа, и грубый, мужской голос велел ей приехать по адресу.
- А что случилось? – спросила женщина.
- Ваш муж и дочь попали в автокатастрофу, травмы, не совместимые с жизнью... – больше она ничего не слышала.
Трубка упала на стол, а Марфа, как сидела на стуле, так и свалилась с него в обморок.
Все сорок дней она была в коматозном состоянии. Слёз не
было, было лишь отчаянье. Родители видели, что она вне себя от горя, но ничего поделать не могли.
Она часами смотрела в окно, а на сороковой день вышла на улицу, и пошла в ближайший бар.
Купила бутылку водки, всю её выпила, и очнулась уже в милиции.
Она ничего не помнила, и, когда её привели к следователю, ничего не понимала.
- Гражданка Иванчук, - сурово сказал следователь, - что ж вы вытворяете? Вы хоть понимаете, на какую сумму ущерб нанесли?
- Я ничего не помню, - прошептала Марфа.
- Конечно, не помните, вы были пьяны. Кстати, отягчающее обстоятельство, - и он рассказал, что произошло.
Напившись, Марфа потеряла контроль над собой, и бросилась громить ювелирный магазин, ничего не соображая.
Приехавшая по сигналу, милиция обнаружила женщину в груде осколков, с ювелирными украшениями в кармане, и совершенно пьяную.
Марфу тут же посадили в « обезьянник », а хозяин ювелирной лавки стал подсчитывать убытки. Оказалось, что исчезло драгоценностей на внушительную сумму, и, хотя все понимали, что Марфа тут не при чём, всё повесили на неё.
На суде все знакомые твердили, что Иванчук всё это сделала от отчаянья, рассказали о гибели мужа и дочери, и судья посочувствовала ей. Она дала всего два года общего режима за разбой в пьяном виде, и нанесение ущерба.
И так Марфа очутилась на зоне.