Ангел в террариуме (СИ) полностью

- Горло болит, - просипела я, - где умудрилась настыть, ума не приложу.

Как же! Ума не приложу! Наши с Димкой любовные интриги не прошли даром. Набрала полные чулки снега, и подхватила простуду!

- Лучше езжай домой, и выпей горячего морса.

- Посмотрим, - уклончиво ответила я, и покинула квартиру.

Сев в машину, я налила себе кофе из термоса, и поставила на специальную подставку. Потом открыла сумку, и вынула книжку.

Открыв первую страницу, я поняла, что это дневник. Похоже, Марфа вела записи.

Выходит, она звонила убийце, пыталась о чём-то договориться, но тот с ней не согласился, и пристрелил её.

Она понимала, что он может убить её, а за Виру отомстить хотела, и потому сказала мне, где всё описано.

Ладно, посмотрим. И я открыла тетрадь.

Вначале записи были выцветшими, и я не стала читать начала, хотя бы из этичных соображений, перелистала до самого конца.

На последней странице была сделана запись. Марфа специально проставила дату и время, чтобы я поняла, что пишет она для меня.

« Я не могу молчать, писала Марфа, хоть я и люблю Виру, но то, что она делает, она правильно делает. Эти мерзавки хотят избавиться от мужей, и получают по заслугам. Я часто смотрю на фотографию моих Алисы и Аркаши. И понимаю, что таким стервам надо давать под дых. Жёны олигархов, не скупясь ничем, нанимают Виру для того, чтобы она спала с их мужьями, и снимала всё на камеру. Жёнам она отдаёт копию, нарезанную и смонтированную, получает деньги, а оригинал продаёт мужьям. Она прилично на этом заработала, но, похоже, заигралась. Я не знаю, что она сделала, но последнее время она ходила, сама не своя. Когда я спросила её, что случилось, она заплакала, и сказала, что ей грозит опасность. Она открыла шкаф со скелетом, и теперь может горько об этом пожалеть. Разгадка её смерти хранится в её « клиентах ». Её убил кто-то из них. Я почти уверена. Я напишу адрес, по которому она жила последнее время. Ищи среди её новых знакомых. Фрунзенская...

Фрунзенская?! Там, где живёт Димка? Очень кстати, заодно к нему заскочу. И я нажала на газ.

Звонок телефона раздался неожиданно, и я, не посмотрев, ответила.

- Слушаю.

- Эвива Леонидовна, срочно приезжайте в издательство, - воскликнул Модест Львович, - кому-то надо договариваться с инвесторами, а этот идиот, мой, с позволения, сказать, зять, приклеился к стулу. Теперь орёт на всю редакцию, и грозится какой-то индюшке шею свернуть, и на суп отправить, - и я не сдержала смешка.

- Не смешно, между прочим, - воскликнул Модест Львович, - он растворил лапшу быстрого приготовления, и поставил в ящик. Она, мало того, была протухшей, так ещё и пролилась на документы. Ничего, я ему мозг прополощу. Для еды существует кухня.

- А кто его к стулу приклеил? – на всякий случай поинтересовалась я.

- Понятия не имею. Какие-то очередные его выходки. Наверное, опять с кем-то поспорил, или в карты проигрался на желания. У сотрудников офисные шутки, а мне, хоть плачь. Так что, будь добра, разреши проблему. На тебя одна надежда.

- Без проблем, - ответила я, - еду, - и помчалась в редакцию.

Ловко припарковавшись, я заперла машину, и поднялась в офис.

- Привет, Ритуль, - улыбнулась я, и положила на стол роскошный букет хризантем, - как дела? – и Рита хрюкнула.

- Очень красивые, - взяла она цветы, - только для чего?

- Для украшения твоего рабочего места, - подмигнула я, - если парень не покупает цветы, купи их сама, и покажи ему. Быстро кровь в голову ударит, и он принесёт веник ещё более роскошный.