- Послушайте, г-н Монсегюр. Я сторонник свободного общения, тем более, что сейчас мы практически одни в тесной, можно даже сказать, семейной компании. А вы мне все «ваше высочество», да «г-н герцог». Мо-жете называть меня просто Андре. А мне позвольте называть по имени вас.
По лицу графа пробежала легкая, почти не заметная тень.
- Я не сторонник фамильярности, ваше высочество. По имени я обращаюсь только к слугам или же к друзьям. Но вы не являетесь моим слугой.
- И другом, насколько я понимаю, тоже? – усмехнулся герцог.
- Пока не знаю. Что я могу сказать о человеке, которого увидел только сегодня утром?..
- Ох, не лукавьте, граф! – его высочество с раздражением взмахнул рукой. – Симпатии, они либо есть, либо их нет. Я вам настолько не симпатичен?
Мой друг невозмутимо пожал плечами.
- Нет, ну почему же. Вы очень привлекательны. Даже, можно сказать, красивы.
- Но далеко не как ангелы, - закусил губы принц. – И уж совсем не как оруженосцы. Простите, я, кажется, опять сболтнул лишнее, - тут же спохватился он. – Ничего не могу с собой поделать – ваши чары действуют гораздо сильнее, чем вино. Скажите, а мой брат Филипп действительно стоял перед вами на коленях?
- Зачем вам это знать? – усмехнулся мой друг. – Надеюсь, вы не собираетесь повторять его подвиг?
При этих словах маркиза Шарди тихонько фыркнула и выразительно покосилась на герцога.
- О нет! – горько усмехнулся тот. – Я ведь знаю, что это все равно ничего не даст. Чем можно пленить бога? Деньги, власть, слава – все это у него уже и так есть. Разве что самой преданной и самой горячей любовью.
- Ну, этого у него тоже более, чем достаточно, - граф скрестил руки так, чтобы мое кольцо бросалось в глаза и тихонько добавил:
- Бога не нужно пленять – он уже давным-давно свой выбор сделал. И этот выбор неизменен.
- Ну, это мы еще посмотрим, г-н Монсегюр! – желтые искры в глазах принца сверкнули и погасли: леопард передумал делать прыжок, леопард решил выждать более подходящего момента, а пока – пока можно и немного понежиться на солнышке. – Я слышал, что вы легко проходите сквозь миры, милый граф, и видите будущее так же отчетливо, как я вот этот пирог. Это правда, что вы можете жить одновременно несколькими жизнями – прошлой, настоящей и будущей?
- Правда, - кратко ответил граф.
- Ой, как интересно! Мадлен у нас тоже, как вы догадались, немного занимается магией. Правда, милая?.. Так вот, она говорит, что в будущем женщины будут ходить голые.
От неожиданности я подавился вином и закашлялся. Что это еще за новости?
Великий магистр опустил глаза, пряча улыбку.
- Она так и сказала? Ну что же – она не далека от истины. И не только женщины. Модники и модницы будущего будут одеваться так, что нашим борделям сейчас впору покраснеть за свою отсталость. Вообще, в будущем будет очень много свободы – в одежде, в поведении, в искусстве и музыке. Я бы даже сказал: слишком много свободы.
- Да-да! Вы это очень точно сейчас сказали, граф, - краснея, подхватила маркиза. – А эти ужасные танцы!.. Это же просто пляски дикарей у костра. Такие же голые и такие же бешеные. Хотя, нет – дикари ведут себя гораздо скромнее.
- Ну, это вы заглянули слишком далеко, Мадлен. Будут очень даже красивые танцы: например, вальс, например, танго. Правда, с нашей точки зрения, тоже весьма фривольные, но все-таки.
- Любопытно было бы взглянуть, - задумчиво глядя на великого магистра, протянул его высочество.
В глазах графа вспыхнули изумрудные чертики, а на ресницах вздрогнула звездная пыль.
- Ну что ж. Желание гостя – закон, - улыбнулся он. – Пожалуй, я покажу вам кое-что, если милейшая Мадлен инее поможет.
- Я? – внезапно оробела женщина, заливаясь такой яркой краской, как умеют краснеть только блондинки.
Мой друг громко и резко щелкнул пальцами.
- Раз. Два. Три!
Я почувствовал легкий толчок крови под сердцем, в голове что-то вспыхнуло – не ярко и не сильно, будто кто-то чиркнул лучиной, но… В то же мгновение откуда-то сверху, словно с потолка, полилась музыка.
- Что это? – синие глаза герцога сделались почти черными, он растерянно завертел головой.
- Вы ищите музыкантов? – усмехнулся мой друг. – Напрасно. Их нет. Это просто иллюзия. Через несколько сотен лет так будет звучать танго.
Не дав никому опомниться, он встал и стремительно, под тягуче-пронзительный плеск невидимых инструментов склонился перед маркизой.
- Танго не танцуют в одиночестве, Мадлен. Если его высочество не возражает, составьте мне компанию.
- Но я…я…
Краска на щеках женщины сменилась пронзительной бледностью, она растерянно оглянулась на герцога, но тот лишь кивнул с улыбкой, более похожей на издевку: «Прошу, Мадлен».
- Я не знаю, как это танцуют…
Мой друг наклонился еще ниже, так что завиток его прекрасных черных волос коснулся ее трепещущей щеки.
- Это не беда, Мадлен. Ведь вы маг. Слушайте музыку – она вам подскажет. А, главное, слушайте меня.
Она покорно вложила свою маленькую изящную ручку в белоснежно-хрустальную руку графа и…
Дзинь! Один пронзительно-страстный рывок, и они оказались на ногах посреди зала лицом друг к другу.
