С невесёлыми мыслями, Джейн вернулась в дом.
В холле как раз суетились служанки, расставляя новые вазы с привезёнными цветами. Мачеха обожала покупать новые, чаще экзотические виды растений, чтобы удивить, а больше, похвастать перед гостями.
Джейн прошла в кабинет. Она наугад открыла несколько ящиков бюро-секретера из красного дерева.
Бумаги…письма…ещё раз бумаги…закладные. А вот и хозяйская книга расходов. Джейн открыла фолиат. Пробежалась по строчкам.
Девушка потёрла висок.
Неплохо было бы в этом хоть что-то понимать…
Но на первый взгляд всё обстояло не так уж печально, как описывала графиня.
Значит всё ложь? И никакой угрозы разорения вовсе нет?
–Эти цветы переставьте в гостиную, а те пусть будут в столовой.
Мачеха!
Юная шпионка быстро захлопнула книгу, вернула документы на место, и захлопнула крышку секретера. Какая-то пачка писем осталась в руках и Джейн, лихорадочно скомкав её в руке, заметалась по комнате.
–Я буду в кабинете.
Сама не зная почему, девушка по детски юркнула за портьеру и спряталась, как когда-то в детстве пряталась из озорства от гувернантки.
Мачеха позвонила в колокольчик.
–Какие будут распоряжения, леди Бернери?
–Приготовьте мои вещи к отъезду. – Сказала она слуге.– Завтра я уезжаю в Лондон.
–Будет исполнено, миледи.
–И приготовьте письменные принадлежности. Мне нужно написать пару писем.
–Слушаюсь.
Слуга приготовил листы бумаги и открыл чернильный набор.
–Что-нибудь ещё?
–Где леди Джейн?
–Она гуляет в саду.
–Хорошо. Благодарю. Можете идти.
Слуга поклонился и вышел.
Графиня задумчиво оперлась о большой дубовый стол. Женщину грызла досада. Когда её муж граф Арчибальд Бернери ушёл в мир иной, женщина наивно полагала, что теперь стала полноправной и единоличной хозяйкой поместья, всех земель, всех угодий и всех капиталов. Это было логичным и справедливым итогом после этих ужасных лет жизни с проклятым стариком. Каково же было её удивление, когда прибывший нотариус огласил ей завещание. Женщине полагалась даже не половина, а всего-то навсего, жалкая вдовья треть от капитала мужа. Поместье же, равно как и оставшаяся часть наследства переходило падчерице в качестве приданного.
Графиня была раздавлена.
Столько лет терпеть занудство старой подагры и проиграть!
Леди Кэтрин задумчиво блуждала по комнате. Она остановилась напротив камина. В резной золочёной раме большого зеркала отразилась красивая белокурая женщина. Графиня подошла ближе и придирчиво оглядела себя.
Ей было тридцать лет.
А ведь она ещё совсем не старая, подумала она, смотря на себя.
Ещё молода, ещё свежа. Её организм не был утомлён частыми родами, как это бывало у ровесниц. И страстные взгляды поклонников на балах и раутах скользили по её фигуре вполне заслуженно и восхищённо.
Только, что теперь толку?
Треть от капитала мужа солидная сумма. И когда – то, она и мечтать не смела о таком подарке. Но сейчас…
Сейчас это стало ничтожно мало.
О каком высшем свете можно мечтать? Кому она нужна? Без денег, без поместья. Высший свет блистает золотом и бриллиантами, живёт во дворцах и швыряет деньги. Он не жалует бедных, перезрелых красавиц. Теперь она годится разве, что в жёны какого-нибудь богатого торговца. То-то он обрадуется. Вот будет хвастать, что женился на аристократке. Только, что это будет за жизнь? Жалкое прозябание в тесных клетушках двухэтажного домишки; вместо шёлка носить лён, экономить каждый фунт и радужно встречать галдящую, бестолковую толпу родственников из деревни?
Женщина живо представила себе эту картину и её охватила тоска. Тем более, что это был не самый плохой вариант. А в худшем. В худшем она окажется обычной приживалкой в поместье. Обычное дело бездетных вдов и старых бесприданниц. Её будут называть миледи, передавать поклоны в конце писем, она будет непременным и малозамечаемым атрибутом обедов и визитов, как ливрейный лакей. Ей будут вежливо кланяться и посмеиваться за глаза.
А лондонский сезон давно в разгаре.
Блистательные балы, опера, прогулки, маскарады. Роскошные дамы и кавалеры в богато украшенных каретах. Великосветские приёмы, зависть толпы…
И она могла и должна была быть среди них.
Женщина прикидывала и так и эдак. Но у неё ничего не получалось. Суровая реальность английских законов жестоко разбивала все надежды.
Итак, наследница – Джейн. И даже случись, с ней какое-нибудь несчастье, то наследство просто перейдёт в собственность казны. А этого женщина никак не могла допустить. Держать падчерицу в старых девах тоже не представлялось возможным. Девчонка рано или поздно получит своё, когда станет совершеннолетней, а с таким состоянием будь она хоть трижды уродина, охотников взять её в жёны будет предостаточно. Да и не получиться ничего. Однажды Джейн, как и все юные дебютантки, обязательно получит приглашение в Хэмптон-Корт, резиденцию короля, и тогда за её рукой выстроиться целая очередь. Она и сейчас, несмотря на простое домашнее платье и манеры дикарки, настоящая красавица.
Злости графини не было предела.
Потому и отомстить она решила чисто по женски.
Леди Кэтрин злорадно улыбалась.
