- На вас свалилась лопата.
Мне одновременно было и больно, и смешно. Я начала вспоминать всё, что происходило тогда: откинутая железная крыша оранжереи, стеклянные окна, луна, окружённая звёздами, приближающийся ко мне граф, наш… непоцелуй? За что мне всё это? За что на меня свалилась лопата.
- Откуда свалилась?
- Видите, когда металлическая крыша открывалась, я не предусмотрел, что садовник оставляет свои вещи где попало. Ограждение задело её, и она по деревьям скатилась прямо к вам. Но вернёмся. Что вас тревожит?
“Летающие лопаты меня тревожат”, - подумала я, но сказала:
- Лишь жуткая головная боль.
- Вы выспались?
- Вполне, - ответила я. Лишние часы сна всё равно не избавят меня от боли.
- Вам нужно принять лекарство. Мои слуги сейчас подойдут. И… поправляйтесь, - сказал он и мило, так непринуждённо, без своей ухмылки улыбнулся. Затем он нагнулся поближе ко мне и, прикрыв глаза, легонько поцеловал в лоб.
- Спасибо, - через силу улыбнулась я и почувствовала, что головная боль начала отступать, а затем внезапно в моём мозгу всплыла мысль, прерывая головную боль и глухо отдаваясь в затылке: “Родители. Мне нужно ехать домой.”
========== Глава 11. ==========
Ближе к вечеру я оказалась в деревне под Петербургом, где красовалось наше большое поместье. Подъезжая на трясущейся карете по цветным листьям клёна, которых здесь росло бесчисленное множество, я заметила наших крепостных, выполняющих свою работу, беззаботных птиц и собак, разгуливающих возле и на самой территории; я увидела белые железные ворота, открывающих въезд в поместье, а также и неглубокую узкую речку, протекающую за домом.
Я ждала предстоящей встречи с родителями, надеясь на то, что они ничего не знают про мои похождения: я твёрдо была уверена в этом. Из поместья Стилински я выбежала через задний двор, откуда была проложена красивая узенькая тропинка к выходу, там меня уже ждала поданная карета, и сейчас на ней я приближалась к своему дому. Я очень спешила, надеялась как можно быстрее добраться сюда, чтобы ни у кого не возникало никаких подозрений. Несмотря на прохладную и промозглую осеннюю погоду, мне было невыносимо жарко от волнения; я часто-часто обмахивалась веером, что он пару раз чуть даже не порвался. Деревья сменялись полями, синее небо становилось розовым, и к восьми вечера, когда уже было достаточно темно, мы подъехали к нашему поместью.
Первое, что я услышала, пока выходила из кареты, проверяя ногами почву на твёрдость, был собачий лай. Свора бездомных собак - которые всегда жили на территории поместья и которых мы часто подкармливали - собралась возле ворот и приветствовала меня. Их голоса сливались в единую какофонию из низких и высоких, громких и визжащих звуков. Они сообщали о моём приезде родителям и слугам. Но как только я ожидала увидеть радостных крепостных, бегущих ко мне и радостно встречающих, как это всегда бывает, мне не оказали тёплого приёма. Лишь охранник раскрыл ворота и с грустным лицом поприветствовал меня. Я прошла чуть дальше, медленно шагая по каменной дорожке, и меня настигало чувство страха и настороженности.
- Добрый вечер, Ольга! - крикнула я одной из служанок, которая несла большой деревянный ящик, но она лишь сухо кивнула в ответ.
“Да что происходит, чёрт возьми?” - подумала я и быстро зашагала к дому, минуя небольшие сооружения со спальнями слуг. Поднялся лёгкий ветерок, и некоторые листья поднялись в воздух, цепляясь за моё платье и пальто. Я, как могла, неслась к дому. Почему все слуги такие грустные? Почему никто, кроме собак, не встретил меня? Что произошло?
Я мчалась и наконец подбежала к крыльцу дома с бежевой отделкой стен. Как только я постучала в дверной молоток, передо мной сразу же появился один из наших старых слуг Андрей.
- Добрый вечер, княжна, - промямлил он. - Очень рад вас видеть, - он говорил это не от души, как обычно, а, скорее, по принуждению.
Я посчитала неуместным спрашивать, что случилось, быть может, я ошибалась, поэтому я сразу побежала в гостиную. Миновав лестничный пролёт с развешенными картинами на стене, я оказалась на втором этаже, где всё ещё царила тишина. Я слегка приоткрыла дверь в гостиную и краем глаза заметила своих родителей, старшего брата и младшую сестру.
- Я приехала, - скромно сообщила я, проходя в комнату. Я ожидала, что семья набросится на меня с объятиями и поцелуями, но и тут мне оказали такой же холодный приём. Мама сидела в кресле, грустно уставив взгляд на какое-то письмо. Папа сидел рядом и успокаивал её, сестрёнка тоже сидела рядом и гладила маму своей маленькой рукой по голове, пытаясь успокоить. Брат же стоял у окна и, заложив руки за спиной, обречённо разглядывал осенние деревья. Они услышали мой голос и увидели меня, но даже не встали, а лишь окинули презрительным взглядом.
- Бесстыжая! - прокричала мама, и на её лице выступили слёзы. - Как ты могла так поступить?!
- Ты расстроила нас, - твёрдо констатировал отец и печально покачал головой.
- Пъедатейница, - высоким и тонким голоском пропищала сестра. Брат лишь вздохнул.
