Кимми покраснела от волнения еще до того, как доктор Родригес начала сеанс. Наталья выбрала ее в подруги, и поэтому она едва могла сосредоточиться, когда несчастный Дуги по прозвищу Анаша жаловался на свой мучительный школьный опыт. А ведь мать говорила, что она должна работать над собой, а не заводить друзей.
– Отчаяние любит компанию, и я не хочу, чтобы тебя втягивали в чужие проблемы, ясно?
Тогда слова Даниэллы имели смысл, но теперь, когда Кимми узнала о психологии больше, она решила, что мама не права. Если уж на то пошло, прислушиваясь к проблемам других людей, она стала лучше понимать себя. Когда Кимми занималась танцами на льду, у нее не оставалось времени на самоанализ, лишь на тренировки и подготовку к следующим соревнованиям.
Но вот все закончилось, а она осталась с огромной пустотой нераспланированного времени и нерастраченной энергии. Личный психотерапевт Кимми, доктор Парк, сказал своей пациентке, что ей нужно выяснить, каков круг ее интересов.
– Но как я узнаю? – спросила Кимми. – А если меня ничто не интересует?
Доктор Парк заверил девушку, что главная цель подросткового возраста как раз заключается в том, чтобы выяснить для себя это, а не просто идти вместе со стаей.
– Поверь, только ты способна понять, что тебе нравится, – добавил доктор Парк. – Совершенно нормально пробовать что-то и экспериментировать, и, конечно же, нормально, если, попробовав что-то, через некоторое время ты поймешь: тебе это не по душе. Ты сама выбираешь, кем хочешь быть, Кимми.
Вот о чем подумала Кимми, когда после окончания групповой терапии повернулась к Наталье и сказала:
– Эй, ты не против, если я поужинаю с тобой и твоим парнем? Я заплачу, и мы можем поехать в какое-нибудь действительно дорогое место. У меня есть платиновая карта мамы.
– Ладно, – ответила Наталья. – Поступим стервозно, пусть в пафосном французском ресторане, где работает мой бойфренд, у всех глаза на лоб полезут.
Наталья написала своему парню, что свободна, а потом проводила Кимми в ее комнату, чтоб та могла взять сумочку. У Кимми не было нарядов, но Наталья заявила, что у нее есть несколько вещей, которые она могла бы одолжить ей.
– Не думала покраситься? – спросила Наталья, когда девушка вышла из комнаты: Кимми уже месяц не занималась волосами и теперь могла похвастаться ужасными отросшими корнями, но если на Манхэттене ее бы из-за этого избегали, то здесь такие мелочи никого не волновали.
– Корни ужасные, да? – начала было Кимми, но Наталья ее остановила.
– Нет, нет, извини. Я тебя не попрекаю. Я о том, чтоб перекрасить волосы в другой цвет. Ты и так горячая штучка, но немного вызывающего оттенка, и ты станешь невероятно крута.
Кимми никогда в жизни не думала краситься в какой-то другой цвет, кроме медового. Но это была прежняя Кимми, та, которую она отчаянно хотела забыть.
– Я полностью за, если ты знаешь кого-нибудь, кто меня покрасит.
– Ты смотришь на этого человека, – похвалилась Наталья. – Я перекрашиваюсь каждые два месяца в течение последних нескольких лет, и я профи. Клянусь, тебе понравится.
Кимми счастливо кивнула.
– Да. Но я хочу чего-нибудь свирепого. Майя настроила меня на то, чтобы пинать яйца.
Для Кимми не имело значения, что Наталья никогда не слышала о Майе Энджелоу: на самом деле она находила это освежающим. Ей до смерти надоели надменные девчонки из частной школы, которые делали вид, будто читают «Нью-Йоркер» ради статей, а не проглядывают еженедельник исключительно ради карикатур. Ей нравилось в Наталье, что она была такой настоящей.
Когда девушки покинули здание центра, бойфренд Натальи был на месте: он стоял, прислонившись к бордовому внедорожнику «Вольво», и курил сигарету. Было что-то знакомое в его черной толстовке, но Кимми решила, что это – популярный бренд.
Наталья подарила парню глубокий поцелуй взасос, и Кимми увидела, как в ответ он схватил ее за задницу.
– Я Кимми, – представилась она, когда голубки оторвались друг от друга, чтобы отдышаться.
– Круто, – сказал парень с улыбкой. – Зови меня Ник.
– Привет, Ник, – поздоровалась Кимми, возвращая улыбку. – У тебя такие же автомобильные вкусы, как у моего отца.
Ник и Наталья расхохотались над ее комментарием. А когда Кимми спросила, что тут такого смешного, Наталья ответила, что всегда смеялась над «папиной машиной» Ника. Она достала из кармана джинсовой куртки пачку сигарет и протянула ее Кимми. Не колеблясь, девушка схватила одну, зная, что может выставить себя полной дурой.
Решив сказать обо всем прямо, как всегда делала в группе ее новая подруга, Кимми объявила:
– Я никогда раньше не курила и…
– Не беспокойся. Я прикрою твою спину. – Наталья взяла Кимми под руку, как часто делала Лолли, когда сестры были младше. – Давай я покажу тебе, как надо.
Кимми не помнила, чтобы ей хотелось чего-нибудь больше.
