| She turned the helmet the other side up, And -- just picture it! -- plop went a pear and sweetmeats out of it, two pounds of sweetmeats!... | Повернула каску, и можешь себе представить, оттуда бух! груша, конфеты, два фунта конфет!.. |
| He'd been storing them up, the darling!" | Он это набрал, голубчик! |
| Vronsky burst into roars of laughter. | Вронский покатился со смеху. |
| And long afterwards, when he was talking of other things, he broke out into his healthy laugh, showing his strong, close rows of teeth, when he thought of the helmet. | И долго потом, говоря уже о другом, закатывался он своим здоровым смехом, выставляя свои крепкие сплошные зубы, когда вспоминал о каске. |
| Having heard all the news, Vronsky, with the assistance of his valet, got into his uniform, and went off to report himself. | Узнав все новости, Вронский с помощью лакея оделся в мундир и поехал являться. |
| He intended, when he had done that, to drive to his brother's and to Betsy's and to pay several visits with a view to beginning to go into that society where he might meet Madame Karenina. | Явившись, он намерен был съездить к брату, к Бетси и сделать несколько визитов с тем, чтоб начать ездить в тот свет, где бы он мог встречать Каренину. |
| As he always did in Petersburg, he left home not meaning to return till late at night. | Как и всегда в Петербурге, он выехал из дома с тем, чтобы не возвращаться до поздней ночи. |
| PART TWO. | ЧАСТЬ ВТОРАЯ. |
| Chapter 1. | I. |
| At the end of the winter, in the Shtcherbatskys' house, a consultation was being held, which was to pronounce on the state of Kitty's health and the measures to be taken to restore her failing strength. | В конце зимы в доме Щербацких происходил консилиум, долженствовавший решить, в каком положении находится здоровье Кити и что нужно предпринять для восстановления ее ослабевающих сил. |
| She had been ill, and as spring came on she grew worse. | Она была больна, и с приближением весны здоровье ее становилось хуже. |
| The family doctor gave her cod liver oil, then iron, then nitrate of silver, but as the first and the second and the third were alike in doing no good, and as his advice when spring came was to go abroad, a celebrated physician was called in. | Домашний доктор давал ей рыбий жир, потом железо, потом лапис, но так как ни то, ни другое, ни третье не помогало и так как он советовал от весны уехать за границу, то приглашен был знаменитый доктор. |
| The celebrated physician, a very handsome man, still youngish, asked to examine the patient. | Знаменитый доктор, не старый еще, весьма красивый мужчина, потребовал осмотра больной. |
| He maintained, with peculiar satisfaction, it seemed, that maiden modesty is a mere relic of barbarism, and that nothing could be more natural than for a man still youngish to handle a young girl naked. | Он с особенным удовольствием, казалось, настаивал на том, что девичья стыдливость есть только остаток варварства и что нет ничего естественнее, как то, чтоб еще не старый мужчина ощупывал молодую обнаженную девушку. |
| He thought it natural because he did it every day, and felt and thought, as it seemed to him, no harm as he did it and consequently he considered modesty in the girl not merely as a relic of barbarism, but also as an insult to himself. | Он находил это естественным, потому что делал это каждый день и при этом ничего не чувствовал и не думал, как ему казалось, дурного, и поэтому стыдливость в девушке он считал не только остатком варварства, но и оскорблением себе. |
