| "It's come!" he thought in ecstasy. "When I was beginning to despair, and it seemed there would be no end--it's come! | "Вот оно!-- с восторгом думал он. -- Тогда, когда я уже отчаивался и когда, казалось, не будет конца, -- вот оно! |
| She loves me! | Она любит меня. |
| She owns it!" | Она признается в этом". |
| "Then do this for me: never say such things to me, and let us be friends," she said in words; but her eyes spoke quite differently. | -- Так сделайте это для меня, никогда не говорите мне этих слов, и будем добрыми друзьями, -сказала она словами; но совсем другое говорил ее взгляд. |
| "Friends we shall never be, you know that yourself. | -- Друзьями мы не будем, вы это сами знаете. |
| Whether we shall be the happiest or the wretchedest of people--that's in your hands." | А будем ли мы счастливейшими, или несчастнейшими из людей -- это в вашей власти. |
| She would have said something, but he interrupted her. | Она хотела сказать что-то, но он перебил ее. |
| "I ask one thing only: I ask for the right to hope, to suffer as I do. But if even that cannot be, command me to disappear, and I disappear. | -- Ведь я прошу одного, прошу права надеяться, мучаться, как теперь; но если и этого нельзя, велите мне исчезнуть, и я исчезну. |
| You shall not see me if my presence is distasteful to you." | Вы не будете видеть меня, если мое присутствие тяжело вам. |
| "I don't want to drive you away." | -- Я не хочу никуда прогонять вас. |
| "Only don't change anything, leave everything as it is," he said in a shaky voice. "Here's your husband." | -- Только не изменяйте ничего. Оставьте все как есть, -- сказал он дрожащим голосом. -- Вот ваш муж. |
| At that instant Alexey Alexandrovitch did in fact walk into the room with his calm, awkward gait. | Действительно, в эту минуту Алексей Александрович своею спокойною, неуклюжею походкой входил в гостиную. |
| Glancing at his wife and Vronsky, he went up to the lady of the house, and sitting down for a cup of tea, began talking in his deliberate, always audible voice, in his habitual tone of banter, ridiculing someone. | Оглянув жену и Вронского, он подошел к хозяйке и, усевшись за чашкой чая, стал говорить своим неторопливым, всегда слышным голосом, в своем обычном шуточном тоне, подтрунивая над кем-то. |
| "Your Rambouillet is in full conclave," he said, looking round at all the party; "the graces and the muses." | -- Ваш Рамбулье в полном составе, -- сказал он, оглядывая все общество, -- грации и музы. |
| But Princess Betsy could not endure that tone of his— "sneering," as she called it, using the English word, and like a skillful hostess she at once brought him into a serious conversation on the subject of universal conscription. | Но княгиня Бетси терпеть не могла этого тона его, sneering, как она называла это, и, как умная хозяйка, тотчас же навела его на серьезный разговор об общей воинской повинности. |
| Alexey Alexandrovitch was immediately interested in the subject, and began seriously defending the new imperial decree against Princess Betsy, who had attacked it. | Алексей Александрович тотчас же увлекся разговором и стал защищать уже серьезно новый указ пред княгиней Бетси, которая нападала на него. |
| Vronsky and Anna still sat at the little table. | Вронский и Анна продолжали сидеть у маленького стола. |
