| She was thinking, just when he came upon her, of this: why was it, she wondered, that to others, to Betsy (she knew of her secret connection with Tushkevitch) it was all easy, while to her it was such torture? | Она думала теперь именно, когда он застал ее, вот о чем: она думала, почему для других, для Бетси например (она знала ее скрытую для света связь с Тушкевичем), все это было легко, а для нее так мучительно? |
| Today this thought gained special poignancy from certain other considerations. | Нынче эта мысль, по некоторым соображениям, особенно мучала ее. |
| She asked him about the races. | Она спросила его о скачках. |
| He answered her questions, and, seeing that she was agitated, trying to calm her, he began telling her in the simplest tone the details of his preparations for the races. | Он отвечал ей и, видя, что она взволнована, стараясь развлечь ее, стал рассказывать ей самым простым тоном подробности приготовления к скачкам. |
| "Tell him or not tell him?" she thought, looking into his quiet, affectionate eyes. "He is so happy, so absorbed in his races that he won't understand as he ought, he won't understand all the gravity of this fact to us." | "Сказать или не сказать? -- думала она, глядя в его спокойные ласковые глаза. -- Он так счастлив, так занят своими скачками; что не поймет этого как надо, не поймет всего значения для нас этого события". |
| "But you haven't told me what you were thinking of when I came in," he said, interrupting his narrative; "please tell me!" | -- Но вы не сказали, о чем вы думали, когда я вошел, -- сказал он, перервав свой рассказ, -пожалуйста, скажите! |
| She did not answer, and, bending her head a little, she looked inquiringly at him from under her brows, her eyes shining under their long lashes. | Она не отвечала и, склонив немного голову, смотрела на него исподлобья вопросительно своими блестящими из-за длинных ресниц глазами. |
| Her hand shook as it played with a leaf she had picked. | Рука ее, игравшая со рванным листом, дрожала. |
| He saw it, and his face expressed that utter subjection, that slavish devotion, which had done so much to win her. | Он видел это, и лицо его выразило ту покорность, рабскую преданность, которая так подкупала ее. |
| "I see something has happened. | -- Я вижу, что случилось что-то. |
| Do you suppose I can be at peace, knowing you have a trouble I am not sharing? | Разве я могу быть минуту спокоен, зная, что у вас есть горе, которого я не разделяю? |
| Tell me, for God's sake," he repeated imploringly. | Скажите ради бога!умоляюще повторил он. |
| "Yes, I shan't be able to forgive him if he does not realize all the gravity of it. | "Да, я не прощу ему, если он не поймет всего значения этого. |
| Better not tell; why put him to the proof?" she thought, still staring at him in the same way, and feeling the hand that held the leaf was trembling more and more. | Лучше не говорить, зачем испытывать?" -- думала она, все так же глядя на него и чувствуя, что рука ее с листком все больше и больше трясется. |
| "For God's sake!" he repeated, taking her hand. | -- Ради бога!-- повторил он, взяв ее руку. |
| "Shall I tell you?" | -- Сказать? |
| "Yes, yes, yes . . ." | -- Да, да, да... |
| "I'm with child," she said, softly and deliberately. | -- Я беременна, -- сказала она тихо и медленно. |
