| Of course, I see how you torture yourself over everything--the world and your son and your husband." | Я ведь вижу, как ты мучаешься всем, и светом, и сыном, и мужем. |
| "Oh, not over my husband," she said, with a quiet smile. "I don't know him, I don't think of him. | -- Ах, только не мужем, -- с простою усмешкой сказала она. -- Я не знаю, я не думаю о нем. |
| He doesn't exist." | Его нет. |
| "You're not speaking sincerely. | -- Ты говоришь неискренно. |
| I know you. | Я знаю тебя. |
| You worry about him too." | Ты мучаешься и о нем. |
| "Oh, he doesn't even know," she said, and suddenly a hot flush came over her face; her cheeks, her brow, her neck crimsoned, and tears of shame came into her eyes. "But we won't talk of him." | -- Да он и не знает, -- сказала она, и вдруг яркая краска стала выступать на ее лицо; щеки, лоб, шея ее покраснели, и слезы стыда выступили ей на глаза. -- Да и не будем говорить об нем. |
| Chapter 23. | XXIII. |
| Vronsky had several times already, though not so resolutely as now, tried to bring her to consider their position, and every time he had been confronted by the same superficiality and triviality with which she met his appeal now. | Вронский уже несколько раз пытался, хотя и не так решительно, как теперь, наводить ее на обсуждение своего положения и каждый раз сталкивался с тою поверхностностию и легкостью суждений, с которою она теперь отвечала на его вызов. |
| It was as though there were something in this which she could not or would not face, as though directly she began to speak of this, she, the real Anna, retreated somehow into herself, and another strange and unaccountable woman came out, whom he did not love, and whom he feared, and who was in opposition to him. | Как будто было что-то в этом такое, чего она не могла или не хотела уяснить себе, как будто, как только она начинала говорить про это, она, настоящая Анна, уходила куда-то в себя и выступала другая, странная, чуждая ему женщина, которой он не любил и боялся и которая давала ему отпор. |
| But today he was resolved to have it out. | Но нынче он решился высказать все. |
| "Whether he knows or not," said Vronsky, in his usual quiet and resolute tone, "that's nothing to do with us. | -- Знает ли он, или нет, -- сказал Вронский своим обычным твердым и спокойным тоном, -- знает ли он, или нет, нам до этого дела нет. |
| We cannot...you cannot stay like this, especially now." | Мы не можем... вы не можете так оставаться, особенно теперь. |
| "What's to be done, according to you?" she asked with the same frivolous irony. | -- Что ж делать, по-вашему? -- спросила она с тою же легкою насмешливостью. |
| She who had so feared he would take her condition too lightly was now vexed with him for deducing from it the necessity of taking some step. | Ей, которая так боялась, чтоб он не принял легко ее беременность, теперь было досадно за то, что он из этого выводил необходимость предпринять что-то. |
| "Tell him everything, and leave him." | -- Объявить ему все и оставить его. |
| "Very well, let us suppose I do that," she said. "Do you know what the result of that would be? | -- Очень хорошо; положим, что я сделаю это, -сказала она. -- Вы знаете, что из этого будет? |
