| Prince Kuzovlev sat with a white face on his thoroughbred mare from the Grabovsky stud, while an English groom led her by the bridle. | Князь Кузовлев сидел бледный на своей кровной, Грабовского завода, кобыле, и англичанин вел ее под уздцы. |
| Vronsky and all his comrades knew Kuzovlev and his peculiarity of "weak nerves" and terrible vanity. | Вронский и все его товарищи знали Кузовлева и его особенность "слабых" нервов и страшного самолюбия. |
| They knew that he was afraid of everything, afraid of riding a spirited horse. But now, just because it was terrible, because people broke their necks, and there was a doctor standing at each obstacle, and an ambulance with a cross on it, and a sister of mercy, he had made up his mind to take part in the race. | Они знали, что он боялся всего, боялся ездить на фронтовой лошади; но теперь, именно потому, что это было страшно, потому что люди ломали себе шеи и что у каждого препятствия стояли доктор, лазаретная фура с нашитым крестом и сестрою милосердия, он решился скакать. |
| Their eyes met, and Vronsky gave him a friendly and encouraging nod. | Они встретились глазами, и Вронский ласково и одобрительно подмигнул ему. |
| Only one he did not see, his chief rival, Mahotin on Gladiator. | Одного только он не видал, главного соперника, Махотина на Гладиаторе. |
| "Don't be in a hurry," said Cord to Vronsky, "and remember one thing: don't hold her in at the fences, and don't urge her on; let her go as she likes." | -- Не торопитесь, -- сказал Корд Вронскому, -- и помните одно: не задерживайте у препятствий и не посылайте, давайте ей выбирать, как она хочет. |
| "All right, all right," said Vronsky, taking the reins. | -- Хорошо, хорошо, -- сказал Вронский, взявшись за поводья. |
| "If you can, lead the race; but don't lose heart till the last minute, even if you're behind." | -- Если можно, ведите скачку; но не отчаивайтесь до последней минуты, если бы вы были и сзади. |
| Before the mare had time to move, Vronsky stepped with an agile, vigorous movement into the steel-toothed stirrup, and lightly and firmly seated himself on the creaking leather of the saddle. | Лошадь не успела двинуться, как Вронский гибким и сильным движением стал в стальное, зазубренное стремя и легко, твердо положил свое сбитое тело на скрипящее кожей седло. |
| Getting his right foot in the stirrup, he smoothed the double reins, as he always did, between his fingers, and Cord let go. | Взяв правою ногой стремя, он привычным жестом уравнял между пальцами двойные поводья, и Корд пустил руки. |
| As though she did not know which foot to put first, Frou-Frou started, dragging at the reins with her long neck, and as though she were on springs, shaking her rider from side to side. | Как будто не зная, какою прежде ступить ногой, Фру-Фру, вытягивая длинною шеей поводья, тронулась, как на пружинах, покачивая седока на своей гибкой спине. |
| Cord quickened his step, following him. | Корд, прибавляя шага, шел за ним. |
| The excited mare, trying to shake off her rider first on one side and then the other, pulled at the reins, and Vronsky tried in vain with voice and hand to soothe her. | Взволнованная лошадь то с той, то с другой стороны, стараясь обмануть седока, вытягивала поводья, и Вронский тщетно голосом и рукой старался успокоить ее. |
| They were just reaching the dammed-up stream on their way to the starting point. | Они уже подходили к запруженной реке, направляясь к тому месту, откуда должны были пускать их. |
| Several of the riders were in front and several behind, when suddenly Vronsky heard the sound of a horse galloping in the mud behind him, and he was overtaken by Mahotin on his white-legged, lop-eared Gladiator. | Многие из скачущих были впереди, многие сзади, как вдруг Вронский услыхал сзади себя по грязи дороги звуки галопа лошади, и его обогнал Махотин на своем белоногом, лопоухом Гладиаторе. |
