| When they reached the house he helped her to get out of the carriage, and making an effort to master himself, took leave of her with his usual urbanity, and uttered that phrase that bound him to nothing; he said that tomorrow he would let her know his decision. | Когда они подъехали к дому, он высадил ее из кареты и, сделав усилие над собой, с привычною учтивостью простился с ней и произнес те слова, которые ни к чему не обязывали его; он сказал, что завтра сообщит ей свое решение. |
| His wife's words, confirming his worst suspicions, had sent a cruel pang to the heart of Alexey Alexandrovitch. | Слова жены, подтвердившие его худшие сомнения, произвели жестокую боль в сердце Алексея Александровича. |
| That pang was intensified by the strange feeling of physical pity for her set up by her tears. | Боль эта была усилена еще тем странным чувством физической жалости к ней, которую произвели на него ее слезы. |
| But when he was all alone in the carriage Alexey Alexandrovitch, to his surprise and delight, felt complete relief both from this pity and from the doubts and agonies of jealousy. | Но, оставшись один в карете, Алексей Александрович, к удивлению своему и радости, почувствовал совершенное освобождение и от этой жалости и от мучавших его в последнее время сомнений и страданий ревности. |
| He experienced the sensations of a man who has had a tooth out after suffering long from toothache. | Он испытывал чувство человека, выдернувшего долго болевший зуб. |
| After a fearful agony and a sense of something huge, bigger than the head itself, being torn out of his jaw, the sufferer, hardly able to believe in his own good luck, feels all at once that what has so long poisoned his existence and enchained his attention, exists no longer, and that he can live and think again, and take interest in other things besides his tooth. | После страшной боли и ощущения чего-то огромного, больше самой головы, вытягиваемого из челюсти, больной вдруг, не веря еще своему счастию, чувствует, что не существует более того, что так долго отравляло его жизнь, приковывало к себе все внимание, и что он опять может жить, думать и интересоваться не одним своим зубом. |
| This feeling Alexey Alexandrovitch was experiencing. | Это чувство испытал Алексей Александрович. |
| The agony had been strange and terrible, but now it was over; he felt that he could live again and think of something other than his wife. | Боль была странная и страшная, но теперь она прошла; он чувствовал, что может опять жить и думать не об одной жене. |
| "No honor, no heart, no religion; a corrupt woman. | "Без чести, без сердца, без религии, испорченная женщина! |
| I always knew it and always saw it, though I tried to deceive myself to spare her," he said to himself. | Это я всегда знал и всегда видел, хотя и старался, жалея ее, обманывать себя", -- сказал он себе. |
| And it actually seemed to him that he always had seen it: he recalled incidents of their past life, in which he had never seen anything wrong before--now these incidents proved clearly that she had always been a corrupt woman. | И ему действительно казалось, что он всегда это видел; он припоминал подробности их прошедшей жизни, которые прежде не казались ему чем-либо дурным, -- теперь эти подробности ясно показывали, что она всегда была испорченною. |
| "I made a mistake in linking my life to hers; but there was nothing wrong in my mistake, and so I cannot be unhappy. | "Я ошибся, связав свою жизнь с нею; но в ошибке моей нет ничего дурного, и потому я не могу быть несчастлив. |
| It's not I that am to blame," he told himself, "but she. | Виноват не я, -- сказал он себе, -- но она. |
| But I have nothing to do with her. | Но мне нет дела до нее. |
| She does not exist for me..." | Она не существует для меня..." |
