| "I want you not to meet that man here, and to conduct yourself so that neither the world nor the servants can reproach you...not to see him. | -- Мне нужно, чтоб я не встречал здесь этого человека и чтобы вы вели себя так, чтобы ни свет, ни прислуга не могли обвинить вас... чтобы вы не видали его. |
| That's not much, I think. | Кажется, это не много. |
| And in return you will enjoy all the privileges of a faithful wife without fulfilling her duties. | И за это вы будете пользоваться правами честной жены, не исполняя ее обязанностей. |
| That's all I have to say to you. | Вот все, что я имею сказать вам. |
| Now it's time for me to go. | Теперь мне время ехать. |
| I'm not dining at home." | Я не обедаю дома. |
| He got up and moved towards the door. | Он встал и направился к двери. |
| Anna got up too. Bowing in silence, he let her pass before him. | Анна встала тоже Он, молча поклонившись, пропустил ее. |
| Chapter 24 | XXIV. |
| The night spent by Levin on the haycock did not pass without result for him. The way in which he had been managing his land revolted him and had lost all attraction for him. | Ночь, проведенная Левиным на копне, не прошла для него даром: то хозяйство, которое он вел, опротивело ему и потеряло для него всякий интерес. |
| In spite of the magnificent harvest, never had there been, or, at least, never it seemed to him, had there been so many hindrances and so many quarrels between him and the peasants as that year, and the origin of these failures and this hostility was now perfectly comprehensible to him. | Несмотря на превосходный урожай, никогда не было или по крайней мере никогда ему не казалось, чтобы было столько неудач и столько враждебных отношений между им и мужиками, как нынешний год, и причина неудач и этой враждебности была теперь совершенно понятна ему. |
| The delight he had experienced in the work itself, and the consequent greater intimacy with the peasants, the envy he felt of them, of their life, the desire to adopt that life, which had been to him that night not a dream but an intention, the execution of which he had thought out in detail --all this had so transformed his view of the farming of the land as he had managed it, that he could not take his former interest in it, and could not help seeing that unpleasant relation between him and the workpeople which was the foundation of it all. | Прелесть, которую он испытывал в самой работе, происшедшее вследствие того сближение с мужиками, зависть, которую он испытывал к ним, к их жизни, желание перейти в эту жизнь, которое в эту ночь было для него уже не мечтою, но намерением, подробности исполнения которого он обдумывал, -- все это так изменило его взгляд на заведенное у него хозяйство, что он не мог уже никак находить в нем прежнего интереса и не мог не видеть того неприятного отношения своего к работникам, которое было основой всего дела. |
| The herd of improved cows such as Pava, the whole land ploughed over and enriched, the nine level fields surrounded with hedges, the two hundred and forty acres heavily manured, the seed sown in drills, and all the rest of it—it was all splendid if only the work had been done for themselves, or for themselves and comrades --people in sympathy with them. | Стада улучшенных коров, таких же, как Пава, вся удобренная, вспаханная плугами земля, девять равных полей, обсаженных лозинами, девяносто десятин глубоко запаханного навоза, рядовые сеялки и т. п. -- все это было прекрасно, если б это делалось только им самим или им с товарищами, людьми, сочувствующими ему. |
