| How many times had Levin seen this splendid fodder wasted, and tried to get it saved; but always it had turned out to be impossible. | Сколько раз Левин, видя этот пропадающий прекрасный корм, хотел собирать его; но всегда это оказывалось невозможным. |
| The peasant got this done, and he could not say enough in praise of it as food for the beasts. | У мужика же это делалось, и он не мог нахвалиться этим кормом. |
| "What have the wenches to do? | -- Чего же бабенкам делать? |
| They carry it out in bundles to the roadside, and the cart brings it away." | Вынесут кучки на дорогу, а телега подъедет. |
| "Well, we landowners can't manage well with our laborers," said Levin, handing him a glass of tea. | -- А вот у нас, помещиков, все плохо идет с работниками, -- сказал Левин, подавая ему стакан с чаем. |
| "Thank you," said the old man, and he took the glass, but refused sugar, pointing to a lump he had left. "They're simple destruction," said he. | -- Благодарим, -- отвечал старик, взяв стакан, но отказался от сахара, указав на оставшийся обгрызенный им комок. -- Где же с работниками вести дело? -- сказал он. -- Разор один. |
| "Look at Sviazhsky's, for instance. | Вот хоть бы Свияжсков. |
| We know what the land's like--first-rate, yet there's not much of a crop to boast of. | Мы знаем, какая земля, мак, а тоже не больно хвалятся урожаем. |
| It's not looked after enough--that's all it is!" | Все недосмотр! |
| "But you work your land with hired laborers?" | -- Да вот ты же хозяйничаешь с работниками? |
| "We're all peasants together. | -- Наше дело мужицкое. |
| We go into everything ourselves. | Мы до всего сами. |
| If a man's no use, he can go, and we can manage by ourselves." | Плох -- и вон; и своими управимся. |
| "Father, Finogen wants some tar," said the young woman in the clogs, coming in. | -- Батюшка, Финоген велел дегтю достать, -сказала вошедшая баба в калошках. |
| "Yes, yes, that's how it is, sir!" said the old man, getting up, and crossing himself deliberately, he thanked Levin and went out. | -- Так-то, сударь!-- сказал старик, вставая, перекрестился продолжительно, поблагодарил Левина и вышел. |
| When Levin went into the kitchen to call his coachman he saw the whole family at dinner. | Когда Левин вошел в черную избу, чтобы вызвать своего кучера, он увидал всю семью мужчин за столом. |
| The women were standing up waiting on them. | Бабы прислуживали стоя. |
| The young, sturdy-looking son was telling something funny with his mouth full of pudding, and they were all laughing, the woman in the clogs, who was pouring cabbage soup into a bowl, laughing most merrily of all. | Молодой здоровенный сын, с полным ртом каши, что-то рассказывал смешное, и все хохотали, и в особенности весело баба в калошках, подливавшая щи в чашку. |
| Very probably the good-looking face of the young woman in the clogs had a good deal to do with the impression of well-being this peasant household made upon Levin, but the impression was so strong that Levin could never get rid of it. | Очень может быть, что благовидное лицо бабы в калошках много содействовало тому впечатлению благоустройства, которое произвел на Левина этот крестьянский дом, но впечатление это было так сильно, что Левин никак не мог отделаться от него. |
