| Sergey Ivanovitch was unequaled in his skill in winding up the most heated and serious argument by some unexpected pinch of Attic salt that changed the disposition of his opponent. He did this now. | Сергей Иванович, умевший, как никто, для окончания самого отвлеченного и серьезного спора неожиданно подсыпать аттической соли и этим изменять настроение собеседников, сделал это и теперь. |
| Alexey Alexandrovitch had been maintaining that the Russification of Poland could only be accomplished as a result of larger measures which ought to be introduced by the Russian government. | Алексей Александрович доказывал, что обрусение Польши может совершиться только вследствие высших принципов, которые должны быть внесены русскою администрацией. |
| Pestsov insisted that one country can only absorb another when it is the more densely populated. | Песков настаивал на том, что один народ ассимилирует себе другой, только когда он гуще населен. |
| Koznishev admitted both points, but with limitations. | Кознышев признавал то и другое, но с ограничениями. |
| As they were going out of the drawing room to conclude the argument, Koznishev said, smiling: | Когда же они выходили из гостиной, чтобы заключить разговор, Кознышев сказал, улыбаясь: |
| "So, then, for the Russification of our foreign populations there is but one method--to bring up as many children as one can. | -- Поэтому для обрусения инородцев есть одно средство -- выводить как можно больше детей. |
| My brother and I are terribly in fault, I see. | Вот мы с братом хуже всех действум. |
| You married men, especially you, Stepan Arkadyevitch, are the real patriots: what number have you reached?" he said, smiling genially at their host and holding out a tiny wine glass to him. | А вы, господа женатые люди, в особенности вы, Степан Аркадьич, действуете вполне патриотически; у вас сколько? -- обратился он, ласково улыбаясь хозяину и подставляя ему крошечную рюмочку. |
| Everyone laughed, and Stepan Arkadyevitch with particular good humor. | Все засмеялись, и в особенности весело Степан Аркадьич. |
| "Oh, yes, that's the best method!" he said, munching cheese and filling the wine-glass with a special sort of spirit. | -- Да, вот это самое лучшее средство!-- сказал он, прожевывая сыр и наливая какую-то особенного сорта водку в подставленную рюмку. |
| The conversation dropped at the jest. | Разговор действительно прекратился на шутке. |
| "This cheese is not bad. | -- Этот сыр недурен. |
| Shall I give you some?" said the master of the house. "Why, have you been going in for gymnastics again?" he asked Levin, pinching his muscle with his left hand. Levin smiled, bent his arm, and under Stepan Arkadyevitch's fingers the muscles swelled up like a sound cheese, hard as a knob of iron, through the fine cloth of the coat. | Прикажете? -- говорил хозяин. -- Неужели ты опять был на гимнастике? -- обратился он к Левину, левою рукой ощупывая его мышцу, Левин улыбнулся, напружил руку, и под пальцами Степана Аркадьича, как круглый сыр, поднялся стальной бугор из-под тонкого сукна сюртука. |
| "What biceps! | -- Вот бицепс-то! |
| A perfect Samson!" | Самсон! |
| "I imagine great strength is needed for hunting bears," observed Alexey Alexandrovitch, who had the mistiest notions about the chase. He cut off and spread with cheese a wafer of bread fine as a spider-web. | -- Я думаю, надо иметь большую силу для охоты на медведей, -- сказал Алексей Александрович, имевший самые туманные понятия об охоте, намазывая сыр и прорывая тоненький, как паутина, мякиш хлеба. |
| Levin smiled. | Левин улыбнулся. |
