| When one was in a good temper, and the other in a bad temper, the peace was not broken; but when both happened to be in an ill-humor, quarrels sprang up from such incomprehensibly trifling causes, that they could never remember afterwards what they had quarreled about. | Когда один был в хорошем, а другой в дурном, то мир не нарушался, но когда оба случались в дурном расположении, то столкновения происходили из таких непонятных по ничтожности причин, что они потом никак не могли вспомнить, о чем они ссорились. |
| It is true that when they were both in a good temper their enjoyment of life was redoubled. | Правда, когда они оба были в хорошем расположении духа, радость жизни их удвоялась. |
| But still this first period of their married life was a difficult time for them. | Но все-таки это первое время было тяжелое для них время. |
| During all this early time they had a peculiarly vivid sense of tension, as it were, a tugging in opposite directions of the chain by which they were bound. | Во все это первое время особенно живо чувствовалась натянутость, как бы подергиванье в ту и другую сторону той цепи, которою они были связаны. |
| Altogether their honeymoon--that is to say, the month after their wedding--from which from tradition Levin expected so much, was not merely not a time of sweetness, but remained in the memories of both as the bitterest and most humiliating period in their lives. | Вообще тот медовый месяц, то есть месяц после свадьбы, от которого, по преданию, ждал Левин столь многого, был не только не медовым, но остался в воспоминании их обоих самым тяжелым и унизительным временем их жизни. |
| They both alike tried in later life to blot out from their memories all the monstrous, shameful incidents of that morbid period, when both were rarely in a normal frame of mind, both were rarely quite themselves. | Они оба одинаково старались в последующей жизни вычеркнуть из своей памяти все уродливые, постыдные обстоятельства этого нездорового времени, когда оба они редко бывали в нормальном настроении духа, редко бывали сами собою. |
| It was only in the third month of their married life, after their return from Moscow, where they had been staying for a month, that their life began to go more smoothly. | Только на третий месяц супружества, после возвращения их из Москвы, куда они ездили на месяц, жизнь их стала ровнее. |
| Chapter 15 | XV. |
| They had just come back from Moscow, and were glad to be alone. | Они только что приехали из Москвы и рады были своему уединению. |
| He was sitting at the writing table in his study, writing. | Он сидел в кабинете у письменного стола и писал. |
| She, wearing the dark lilac dress she had worn during the first days of their married life, and put on again today, a dress particularly remembered and loved by him, was sitting on the sofa, the same old-fashioned leather sofa which had always stood in the study in Levin's father's and grandfather's days. She was sewing at _broderie anglaise_. | Она, в том темно-лиловом платье, которое она носила первые дни замужества и нынче опять надела и которое было особенно памятно и дорого ему, сидела на диване, на том самом кожаном старинном диване, который стоял всегда в кабинете у деда и отца Левина, и шила broderie anglaise. |
| He thought and wrote, never losing the happy consciousness of her presence. | Он думал и писал, не переставая радостно чувствовать ее присутствие. |
