| His work, both on the land and on the book, in which the principles of the new land system were to be laid down, had not been abandoned; but just as formerly these pursuits and ideas had seemed to him petty and trivial in comparison with the darkness that overspread all life, now they seemed as unimportant and petty in comparison with the life that lay before him suffused with the brilliant light of happiness. | Занятия его и хозяйством и книгой, в которой должны были быть изложены основания нового хозяйства, не были оставлены им; но как прежде эти занятия и мысли показались ему малы и ничтожны в сравнении с мраком, покрывшим всю жизнь, так точно неважны и малы они казались теперь в сравнении с тою облитою ярким светом счастья предстоящею жизнью. |
| He went on with his work, but he felt now that the center of gravity of his attention had passed to something else, and that consequently he looked at his work quite differently and more clearly. | Он продолжал свои занятия, но чувствовал теперь, что центр тяжести его внимания перешел на другое и что вследствие этого он совсем иначе и яснее смотрит на дело. |
| Formerly this work had been for him an escape from life. | Прежде дело это было для него спасением от жизни. |
| Formerly he had felt that without this work his life would be too gloomy. | Прежде он чувствовал, что без этого дела жизнь его будет слишком мрачна. |
| Now these pursuits were necessary for him that life might not be too uniformly bright. | Теперь же занятия эти ему были необходимы, чтобы жизнь не была слишком однообразно светла. |
| Taking up his manuscript, reading through what he had written, he found with pleasure that the work was worth his working at. | Взявшись опять за свои бумаги, перечтя то, что было написано, он с удовольствием нашел, что дело стоило того, чтобы им заниматься. Дело было новое и полезное. |
| Many of his old ideas seemed to him superfluous and extreme, but many blanks became distinct to him when he reviewed the whole thing in his memory. | Многие из прежних мыслей показались ему излишними и крайними, но многие пробелы стали ему ясны, когда он освежил в своей памяти все дело. |
| He was writing now a new chapter on the causes of the present disastrous condition of agriculture in Russia. | Он писал теперь новую главу о причинах невыгодного положения земледелия в России. |
| He maintained that the poverty of Russia arises not merely from the anomalous distribution of landed property and misdirected reforms, but that what had contributed of late years to this result was the civilization from without abnormally grafted upon Russia, especially facilities of communication, as railways, leading to centralization in towns, the development of luxury, and the consequent development of manufactures, credit and its accompaniment of speculation--all to the detriment of agriculture. | Он доказывал, что бедность России происходит не только от неправильного распределения поземельной собственности и ложного направления, но что этому содействовали в последнее время ненормально привитая России внешняя цивилизация, в особенности пути сообщения, железные дороги, повлекшие за собою централизацию в городах, развитие роскоши и вследствие того, в ущерб земледелию, развитие фабричной промышленности, кредита и его спутника -- биржевой игры. |
