| It seemed to him that in a normal development of wealth in a state all these phenomena would arise only when a considerable amount of labor had been put into agriculture, when it had come under regular, or at least definite, conditions; that the wealth of a country ought to increase proportionally, and especially in such a way that other sources of wealth should not outstrip agriculture; that in harmony with a certain stage of agriculture there should be means of communication corresponding to it, and that in our unsettled condition of the land, railways, called into being by political and not by economic needs, were premature, and instead of promoting agriculture, as was expected of them, they were competing with agriculture and promoting the development of manufactures and credit, and so arresting its progress; and that just as the one-sided and premature development of one organ in an animal would hinder its general development, so in the general development of wealth in Russia, credit, facilities of communication, manufacturing activity, indubitably necessary in Europe, where they had arisen in their proper time, had with us only done harm, by throwing into the background the chief question calling for settlement--the question of the organization of agriculture. | Ему казалось, что при нормальном развитии богатства в государстве все эти явления наступают, только когда на земледелие положен уже значительный труд, когда оно стало в правильные, по крайней мере в определенные условия; что богатство страны должно расти равномерно и в особенности так, чтобы другие отрасли богатства не опережали земледелия; что сообразно с известным состоянием земледелия должны быть соответствующие ему и пути сообщения, и что при нашем неправильном пользовании землей железные дороги, вызванные не экономическою, но политическою необходимостью, были преждевременны и, вместо содействия земледелию, которого ожидали от них, опередив земледелие и вызвав развитие промышленности и кредита, остановили его, и что потому, так же как одностороннее и преждевременное развитие органа в животном помешало бы его общему развитию, так для общего развития богатства в России кредит, пути сообщения, усиление фабричной деятельности, несомненно необходимые в Европе, где они своевременны, у нас только сделали вред, отстранив главный очередной вопрос устройсгва земледелия. |
| While he was writing his ideas she was thinking how unnaturally cordial her husband had been to young Prince Tcharsky, who had, with great want of tact, flirted with her the day before they left Moscow. | Между тем как он писал свое, она думала о том, как ненатурально внимателен был ее муж с молодым князем Чарским, который очень бестактно любезничал с нею накануне отъезда. |
| "He's jealous," she thought. "Goodness! how sweet and silly he is! | "Ведь он ревнует, -- думала она. -- Боже мой! как он мил и глуп. |
| He's jealous of me! | Он ревнует меня! |
| If he knew that I think no more of them than of Piotr the cook," she thought, looking at his head and red neck with a feeling of possession strange to herself. "Though it's a pity to take him from his work (but he has plenty of time!), I must look at his face; will he feel I'm looking at him? | Если б он знал, что они все для меня как Петр-повар, -- думала она, глядя с странным для себя чувством собственности на его затылок и красную шею. -- Хоть и жалко отрывать его от занятий (но он успеет!), надо посмотреть его лицо; почувствует ли он, что я смотрю на него? |
| I wish he'd turn round...I'll _will_ him to!" and she opened her eyes wide, as though to intensify the influence of her gaze. | Хочу, чтоб он оборотился... Хочу, ну!" -- И она шире открыла глаза, желая этим усилить действие взгляда. |
| "Yes, they draw away all the sap and give a false appearance of prosperity," he muttered, stopping to write, and, feeling that she was looking at him and smiling, he looked round. | -- Да, они отвлекают к себе все соки и дают ложный блеск, -- пробормотал он, остановившись писать, и, чувствуя, что она глядит на него и улыбается, оглянулся. |
| "Well?" he queried, smiling, and getting up. | -- Что? -- спросил он, улыбаясь и вставая. |
| "He looked round," she thought. | "Оглянулся", -- подумала она. |
| "It's nothing; I wanted you to look round," she said, watching him, and trying to guess whether he was vexed at being interrupted or not. | -- Ничего, я хотела, чтобы ты оглянулся, -- сказала она, глядя на него и желая догадаться, досадно ли ему, или нет то, что она оторвала его. |
