| It was not the past when he had lived happily with his wife that troubled him. The transition from that past to a knowledge of his wife's unfaithfulness he had lived through miserably already; that state was painful, but he could understand it. | Не то прошедшее, когда он счастливо жил с женой, смущало его, Переход от того прошедшего к знанию о неверности жены он страдальчески пережил уже; состояние это было тяжело, но было понятно ему. |
| If his wife had then, on declaring to him her unfaithfulness, left him, he would have been wounded, unhappy, but he would not have been in the hopeless position-incomprehensible to himself--in which he felt himself now. | Если бы жена тогда, объявив о своей неверности, ушла от него, он был бы огорчен, несчастлив, но он не был бы в том для самого себя безвыходном непонятном положении, в каком он чувствовал себя теперь. |
| He could not now reconcile his immediate past, his tenderness, his love for his sick wife, and for the other man's child with what was now the case, that is with the fact that, as it were, in return for all this he now found himself alone, put to shame, a laughing-stock, needed by no one, and despised by everyone. | Он не мог теперь никак примирить свое недавнее прощение, свое умиление, свою любовь к больной жене и чужому ребенку с тем, что теперь было, то есть с тем, что, как бы в награду за все это, он теперь очутился один, опозоренный, осмеянный, никому не нужный и всеми презираемый. |
| For the first two days after his wife's departure Alexey Alexandrovitch received applicants for assistance and his chief secretary, drove to the committee, and went down to dinner in the dining room as usual. | Первые два дня после отъезда жены Алексей Александрович принимал просителей, правителя дел, ездил в комитет и выходил обедать в столовую, как и обыкновенно. |
| Without giving himself a reason for what he was doing, he strained every nerve of his being for those two days, simply to preserve an appearance of composure, and even of indifference. | Не давая себе отчета, для чего он это делает, он все силы своей душн напрягал в эти два дня только на то, чтоб иметь вид спокойный и даже равнодушный. |
| Answering inquiries about the disposition of Anna Arkadyevna's rooms and belongings, he had exercised immense self-control to appear like a man in whose eyes what had occurred was not unforeseen nor out of the ordinary course of events, and he attained his aim: no one could have detected in him signs of despair. | Отвечая на вопросы о том, как распорядиться с вещами и комнатами Анны Аркадьевны, он делал величайшие усилия над собой, чтоб иметь вид человека, для которого случившееся событие не было непредвиденным и не имеет в себе ничего выходящего из ряда обыкновенных событий, и он достигал своей цели: никто не мог заметить в нем признаков отчаяния. |
| But on the second day after her departure, when Korney gave him a bill from a fashionable draper's shop, which Anna had forgotten to pay, and announced that the clerk from the shop was waiting, Alexey Alexandrovitch told him to show the clerk up. | Но на второй день после отъезда, когда Корней подал ему счет из модного магазина, который забыла заплатить Анна, и доложил, что приказчик сам тут, Алексей Александрович велел позвать приказчика. |
| "Excuse me, your excellency, for venturing to trouble you. | -- Извините, ваше превосходительство, что осмеливаюсь беспокоить вас. |
| But if you direct us to apply to her excellency, would you graciously oblige us with her address?" | Но если прикажете обратиться к ее превосходительству, то не благоволите ли сообщить их адрес. |
| Alexey Alexandrovitch pondered, as it seemed to the clerk, and all at once, turning round, he sat down at the table. | Алексей Александрович задумался, как показалось приказчику, и вдруг, повернувшись, сел к столу. |
| Letting his head sink into his hands, he sat for a long while in that position, several times attempted to speak and stopped short. | Опустив голову на руки, он долго сидел в этом положении, несколько раз пытался заговорить и останавливался. |
