| "What, here already!" she said as she kissed her. | -- Как, уж приехала? -- сказала она, целуя ее. |
| "Dolly, how glad I am to see you!" | -- Долли, как я рада тебя видеть! |
| "I am glad, too," said Dolly, faintly smiling, and trying by the expression of Anna's face to find out whether she knew. | --Ия рада, -- слабо улыбаясь и стараясь по выражению лица Анны узнать, знает ли она, сказала Долли. |
| "Most likely she knows," she thought, noticing the sympathy in Anna's face. "Well, come along, I'll take you to your room," she went on, trying to defer as long as possible the moment of confidences. | "Верно, знает", -- подумала она, заметив соболезнование на лице Анны. -- Ну, пойдем, я тебя проведу в твою комнату, -- продолжала она, стараясь отдалить сколько возможно минуту объяснения. |
| "Is this Grisha? | -- Это Гриша? |
| Heavens, how he's grown!" said Anna; and kissing him, never taking her eyes off Dolly, she stood still and flushed a little. "No, please, let us stay here." | Боже мой, как он вырос!-- сказала Анна и, поцеловав его, не спуская глаз с Долли, остановилась и покраснела. -- Нет, позволь никуда не ходить. |
| She took off her kerchief and her hat, and catching it in a lock of her black hair, which was a mass of curls, she tossed her head and shook her hair down. | Она сняла платок, шляпу и, зацепив ею за прядь своих черных, везде вьющихся волос, мотая головой, отцепляла волоса. |
| "You are radiant with health and happiness!" said Dolly, almost with envy. | -- А ты сияешь счастьем и здоровьем!-- сказала Долли почти с завистью. |
| "I? | -- Я?.. |
| Yes," said Anna. "Merciful heavens, Tanya! | Да, -- сказала Анна. -- Боже мой, Таня! |
| You're the same age as my Seryozha," she added, addressing the little girl as she ran in. | Ровесница Сереже моему, -- прибавила она, обращаясь ко вбежавшей девочке. |
| She took her in her arms and kissed her. "Delightful child, delightful! | Она взяла ее на руки и поцеловала. -- Прелестная девочка, прелесть! |
| Show me them all." | Покажи же мне всех. |
| She mentioned them, not only remembering the names, but the years, months, characters, illnesses of all the children, and Dolly could not but appreciate that. | Она называла их и припоминала не только имена, но года, месяцы, характеры, болезни всех детей, и Долли не могла не оценить этого. |
| "Very well, we will go to them," she said. "It's a pity Vassya's asleep." | -- Ну, так пойдем к ним, -- сказала она. -- Вася спит теперь, жалко. |
| After seeing the children, they sat down, alone now, in the drawing room, to coffee. | Осмотрев детей, они сели, уже одни, в гостиной, пред кофеем. |
| Anna took the tray, and then pushed it away from her. | Анна взялась за поднос и потом отодвинула его. |
| "Dolly," she said, "he has told me." | -- Долли, -- сказала она, -- он говорил мне. |
| Dolly looked coldly at Anna; she was waiting now for phrases of conventional sympathy, but Anna said nothing of the sort. | Долли холодно посмотрела на Анну. Она ждала теперь притворно-сочувственных фраз; но Анна ничего такого не сказала. |
| "Dolly, dear," she said, "I don't want to speak for him to you, nor to try to comfort you; that's impossible. | -- Долли, милая!-- сказала она, -- я не хочу ни говорить тебе за него, ни утешать; это нельзя. |
