| How good a smoke would be now!... | Хорошо бы покурить теперь... |
| To be saved, one need only believe, and the monks don't know how the thing's to be done, but Countess Lidia Ivanovna does know.... | Чтобы спас-- тись, нужно только верить, и монахи не знают, как это надо делать, а знает графиня Лидия Ивановна... |
| And why is my head so heavy? | И отчего у меня такая тяжесть в голове? |
| Is it the cognac, or all this being so queer? | От коньяку или оттого, что уж очень все это странно? |
| Anyway, I fancy I've done nothing unsuitable so far. | Я все-таки до сих пор ничего, кажется, неприличного не сделал. |
| But anyway, it won't do to ask her now. | Но все-таки просить ее уж нельзя. |
| They say they make one say one's prayers. | Говорят, что они заставляют молиться. |
| I only hope they won't make me! | Как бы меня не заставили. |
| That'll be too imbecile. | Это уж будет слишком глупо. |
| And what stuff it is she's reading! but she has a good accent. | И что за вздор она читает, а выговаривает хорошо. |
| Landau--Bezzubov-- what's he Bezzubov for?" | Landau -- Беззубов. Отчего он Беззубов?" |
| All at once Stepan Arkadyevitch became aware that his lower jaw was uncontrollably forming a yawn. | Вдруг Степан Аркадьич почувствовал, что нижняя челюсть его неудержимо начинает заворачиваться на зевок. |
| He pulled his whiskers to cover the yawn, and shook himself together. | Он поправил бакенбарды, скрывая зевок, и встряхнулся. |
| But soon after he became aware that he was dropping asleep and on the very point of snoring. | Но вслед за этим он почувствовал, что уже спит и собирается храпеть. |
| He recovered himself at the very moment when the voice of Countess Lidia Ivanovna was saying "he's asleep." | Он очнулся в ту минуту, как голос графини Лидии Ивановны сказал: "Он спит". |
| Stepan Arkadyevitch started with dismay, feeling guilty and caught. | Степан Аркадьич испуганно очнулся, чувствуя себя виноватым и уличенным. |
| But he was reassured at once by seeing that the words "he's asleep" referred not to him, but to Landau. | Но тотчас же он утешился, увидав, что слова "он спит" относились не к нему, а к Landau. |
| The Frenchman was asleep as well as Stepan Arkadyevitch. | Француз заснул так же, как Степан Аркадьич. |
| But Stepan Arkadyevitch's being asleep would have offended them, as he thought (though even this, he thought, might not be so, as everything seemed so queer), while Landau's being asleep delighted them extremely, especially Countess Lidia Ivanovna. | Но сон Степана Аркадьича, как он думал, обидел бы их впрочем, он и этого не думал, так уж все ему казалось странным), а сон Landau обрадовал их чрезвычайно, особенно графиню Лидию Ивановну. |
| _"Mon ami,"_ said Lidia Ivanovna, carefully holding the folds of her silk gown so as not to rustle, and in her excitement calling Karenin not Alexey Alexandrovitch, but _"mon ami," "donnez-lui la main. | -- Mon ami, -- сказала Лидия Ивановна, осторожно, чтобы не шуметь, занося складки своего шелкового платья и в возбуждении своем называя уже Каренина не Алексеем Александровичем, а "mon ami", -- donnez lui la main. |
