| "Yes, but faith without works is dead," said Stepan Arkadyevitch, recalling the phrase from the catechism, and only by his smile clinging to his independence. | -- Да, но вера без дел мертва есть, -- сказал Степан Аркадьич, вспомнив эту фразу из катехизиса, одной улыбкой уже отстаивая свою независимость. |
| "There you have it--from the epistle of St. James," said Alexey Alexandrovitch, addressing Lidia Ivanovna, with a certain reproachfulness in his tone. It was unmistakably a subject they had discussed more than once before. "What harm has been done by the false interpretation of that passage! | -- Вот оно, из послания апостола Иакова, -- сказал Алексей Александрович, с некоторым упреком обращаясь к Лидии Ивановне, очевидно как о деле, о котором они не раз уже говорили. -Сколько вреда сделало ложное толкование этого места! |
| Nothing holds men back from belief like that misinterpretation. | Ничто так не отталкивает от веры, как это толкование. |
| 'I have not works, so I cannot believe,' though all the while that is not said. | "У меня нет дел, я не могу верить", тогда как это нигде не сказано. |
| But the very opposite is said." | А сказано обратное. |
| "Striving for God, saving the soul by fasting," said Countess Lidia Ivanovna, with disgusted contempt, "those are the crude ideas of our monks.... | -- Трудиться для бога, трудами, постом спасать душу, -- с гадливым презрением сказала графиня Лидия Ивановна, -- это дикие понятия наших монахов... |
| Yet that is nowhere said. | Тогда как это нигде не сказано. |
| It is far simpler and easier," she added, looking at Oblonsky with the same encouraging smile with which at court she encouraged youthful maids of honor, disconcerted by the new surroundings of the court. | Это гораздо проще и легче, -- при-- бавила она, глядя на Облонского с тою самою ободряющею улыбкой, с которою она при дворе ободряла молодых, смущенных новою обстановкой фрейлин. |
| "We are saved by Christ who suffered for us. | -- Мы спасены Христом, пострадавшим за нас. |
| We are saved by faith," Alexey Alexandrovitch chimed in, with a glance of approval at her words. | Мы спасены верой, -- одобряя взглядом ее слова, подтвердил Алексей Александрович. |
| _"Vous comprenez l'anglais?"_ asked Lidia Ivanovna, and receiving a reply in the affirmative, she got up and began looking through a shelf of books. | -- Vous comprenez l'anglais? -- спросила Лидия Ивановна и, получив утвердительный ответ, встала и начала перебирать на полочке книги. |
| "I want to read him | -- Я хочу прочесть |
| ' Safe and Happy,' or | "Safe and Happy", или |
| 'Under the Wing,'" she said, looking inquiringly at Karenin. | "Under the wing"? -- сказала она, вопросительно взглянув на Каренина. |
| And finding the book, and sitting down again in her place, she opened it. "It's very short. | И, найдя книгу и опять сев на место, она открыла ее. -- Это очень коротко. |
| In it is described the way by which faith can be reached, and the happiness, above all earthly bliss, with which it fills the soul. | Тут описан путь, которым приобретается вера, и то счастье превыше всего земного, которое при этом наполняет душу. |
| The believer cannot be unhappy because he is not alone. | Человек верующий не может быть несчастлив, потому что он не один. |
| But you will see." She was just settling herself to read when the footman came in again. "Madame Borozdina? | Да вот вы увидите. -- Она собралась уже читать, как опять вошел лакей. -- Бороздина? |
