Я не заметил, как уснул. Спал глубоко и крепко без сновидений. Утром в половине шестого я проснулся резко, как будто включился на подобии утюга или холодильника. Все тело ломило и ныло. С усилием размял суставы, покрутил головой. Я чувствовал себя, как после паралича. Сила и подвижность медленно возвращались в тело, я оживал. Списал все на накопившуюся усталость и нервное напряжение, я быстро оделся в чистую и отглаженную форму, чмокнул спящую Аленку в губы. И пошел вниз на первый этаж. Алевтина уже хозяйничала у газовой плиты. Сквозь окно я увидел, как Палыч загоняет в открытые ворота свою ниву. Ранние пташки — старая закалка. Опель Алевтины уже стоял под навесом. Остальную часть пейзажа закрывал здоровенный кунг.
В начале седьмого спустился Артем. Его на наблюдательной площадке сменил Степан. Артем рассказал, что в три часа ночи, когда он сменился, на соседней улице завязалась перестрелка. Палили из гладкоствола, похоже на помповики. К забору из парка вышли новые зомби, но только люди, собак не было. На нашу улицу вышли пара зомби, но их рано утром Палыч обоих топором завалил.
Народ постепенно просыпался, завтракал и присоединялся к процессу подготовки машин к вылазке. Богатырским сном спал только Леха. Он оказывается после наших посиделок поперся с фонарем в дом подпольного олигарха и шарился в гараже чуть ли не до утра. Во дурак‑то, а если еще кто‑нибудь из некрофлоры или некрофауны придет ему компанию составить? Я решил, если еще раз такое повториться, то сам его скормлю кадаврам.
Из проснувшегося и позавтракавшего контингента стали формировать команду для поездки. Экипажи распределились следующим образом: мы с Аленой ехали в моем Nissan Pathfinder, Николай с Настей вели Беловский пассат, Артем с Катей вели Ford Transit, Алевтина с Палычем вели витару Беловых. Бензина в баках оставили только на дорогу до заправки и по десятилитровой канистре на машину закинули в фургон транзита. Моя машина шла головной. На кенгурятник нисcана закрепили хомутами металлическую дверь, которую сняли с гаража Беловых. Дверь была тяжелая из двух слоев листового металла навинченных с обеих сторон на толстые березовые доски. Если даже пуля пробьет дверь, то потеряет энергию и убойную силу. С боков водительского и пассажирского сидений поставили куски листового металла. Выходить придется долго, но собственные жизнь и здоровье дороже. Последней машиной шел транзит. В фургон машины за сиденье водителя и пассажира поставили щиты, сбитые из толстого бруса. На полу канистры с бензином обложили мешками с песком.
К началу восьмого к нашему дому стали подтягиваться люди с соседней улицы. Всего набралось два десятка машин. Машины были совершенно разные и водители тоже. Сложность была в том, что связь была только у нас и еще у пары машин со стороны. Машины распределили по местам, договорились двигаться по принципу «делай как я». То есть каждая машина повторяла маневр впереди идущей. Скорость движения выбрали сорок километров в час по городу и шестьдесят по трассе. Машины со связью распределили внутри колонны с равными интервалами, закрепив за каждым по несколько автомобилей, то есть назначили старшими за звенья в колонне. Договорились о частотах связи. В восемь утра колонна в количестве двадцати четырех машин выдвинулась к заправке.
По городу ехали медленно. Город обезлюдел. Повсюду валялись мертвяки, но само страшное кроме упокоенных мертвяков на улице были и не упокоенные. Одни неуверенно брели, пошатываясь и спотыкаясь, другие тихо стояли на одном месте. Алена, зажмурившись, снесла гаражной дверью двоих зомбаков, переходящих улицу в неположенном месте. Были и шустрые зомби. Они почти бегом передвигались от одного места до другого, с координацией у них было получше, да и логичность поведения вполне прослеживалась. Они уже прятались при звуках выстрелов и приближении автомобилей. Несколько таких зомби кинулись наперерез нашей колонне, но их остановили выстрелами.
Город грабили уже в открытую. Одни магазины зияли в мир провалами пустых витрин. Другие только грабили. Проезжая мимо большого магазина электроники мы увидели, как в фургон MAN грузят телевизоры, пылесосы и прочую бытовую технику. Если электричества не будет, то зачем нужны пылесосы? Продуктовые магазины были вынесены почти все. Несколько зданий горело, их никто не тушил. Вдоль дороги стояли целые и разбитые машины. На обочинах виднелись следы грабежей. Стояли машины с распахнутыми дверьми и багажниками, вокруг валялись вещи. Зачастую на таких машинах виднелись дыры от пуль и дроби. Опять же, валялись трупы. И это происходит в моем городе!!!
Алена в город после катастрофы еще не выезжала, и я видел, как у нее наворачиваются слезы на глазах.
— Малыш, с этим теперь придется жить. Думай о том, что мы живы. О детях думай.
