Интересно, как продвигается у портных наряд, в котором он завтра пойдет на аудиенцию? Мозес обещал успеть. Почему Мейер не уладит все с губернатором сам? Занятный старый пес этот немец! Умный, и честный на свой лад. Действительно пытается сдвинуть трудное дело. А на правительственное жалованье в Гаване не проживешь, никто этого от человека и не ждет. Ах, хорошо бы Африка походила на Кубу!
- Доброй ночи, Карло. - Сигара полетела в патио, Антони пошел укладываться.
Завтра утром он везет миссис Джорхем смотреть надгробья. Зря он пообещал. Обещанья даешь в одном настроении, выполнять приходится совсем в другом. "Чертовы жуки!" Как они летят на свет. "Пф!" Свечи задуты, во тьме снова становишься собой. Никого на стене... нет, конечно... в сундучке. Оно и к лучшему... А-ах, простыни миссис Юдни...
Но, поднявшись утром на "Вампаноаг", совсем нетрудно оказалось воскресить в памяти настроение недавних дней. Они уже не казались давно ушедшими. А капитан Элиша и миссис Джорхем искренно обрадовались ему. Коллинз держался по обыкновению сухо. Ишь, насупился!
- Значится, это вы, мистер Адверс, укрываете нашего дезертира.
Однако капитан Джорхем не стал высказывать недовольства из-за Хуана. За свои чудотворные статуи он получил поистине сказочные цены.
- Всех уже забрали, один Исус остался, - рассказал он. - Святого Лаврентия забрали вчера, вместе с огнем, увезли на телеге куда-то далеко. За Спасителя хочу выручить восемьсот долларов. Пока предлагают пятьсот тридцать, но на него положили глаз и епископ, и настоятель новой церкви в Сьенфуэгосе. - Он потер руки. - Как они это устроили со статуей Девы в Регле? Ловко, а? Есть какие-нибудь догадки, мистер?
- Ни малейших, капитан, - серьезно отвечал Антони.
- Ну! - сказал капитан, хлопая его по спине, пока он не закашлялся. - Ладно, хозяйка уже снарядилась смотреть загробья.
Миссис Джорхем действительно приоделась. Из-под индийской шали, заколотой на груди булавкой с гагатом, высовывались длинные черные перчатки без пальцев. Соломенная шляпка с голубком еще поблескивала крупинками камфоры. Маленький зонтик и веер из пальмовых листьев, уступка климату, возвещали, что она готова ехать развлекаться. В очертаниях шали было что-то вдовье, но лицо под шляпкой сияло. Сумочку оттягивали аккуратно переплетенная Библия и четыре серебряных доллара.
Антони церемонно помог миссис Джорхем спуститься в куттер. Она с опаской села на плетеное сиденье и закрылась от кубинского солнца кукольным зонтиком. С чисто женской точки зрения миссис Джорхем была самая загадочная особа, которая когда-либо ступала на гаванскую пристань. Чернокожие прачки сбились в кучу и обсуждали ее.
Антони подозвал одного из плотоядных пони. С такой, на взгляд миссис Джорхем, расточительной пышностью они поехали смотреть эпитафии. Но церкви разочаровали даму из Сичуэйта. Немногочисленные могилы отнюдь не выражали покорности року. Гладкая торжественность мрамора и базальта говорила об уверенности в загробном благополучии, даже об аристократическом презрении к нему. Миссис Джорхем была оскорблена. Ни одной слезинки в тоне эпитафий! "Я убивал час за часом; последний сразил меня. Я пал, не дрогнув". И перед этим горят свечи! Она отвернулась, мечтая найти камень с умильно-смиренным стихом, который протестантская женщина может спеть в благоговейном страхе. У этих церквей вид такой, словно их строили для людей высшие существа. Миссис Джорхем тосковала по беленьким деревянным часовням с окошком над дверью и холодным северным светом внутри. Часовни, которые человек строит для Бога! В таком месте можно определить свое отношение к религии. Здесь, осматривая одну церковь за другой, она видела, что религия давно определила свое отношение к миссис Джорхем. Оскорбленная женщина фыркала и обмахивалась веером.
Антони поглядывал на нее с живым интересом. Ему хотелось понять это протестантское возмущение. Они побывали у Санта-Каталины, Сан-Августина и Санта-Клары. Они видели удивительную масляную роспись на стенах Ла Мерсед. В голой серой известняковой церкви Санто-Доминго они сели на пол передохнуть. Здесь миссис Джорхем почему-то почувствовала себя уютнее.
"Что так ее возмущает? - думал Антони. - И почему она так мрачна?" Ему хотелось свозить ее в собор. Бедняжка, может быть, она так кручинится из-за своего странного представления о развлечениях? Он решил, что не пожалеет для нее времени. В Гаване с миссис Джорхем!
Он вышел и нанял двухместный экипаж, у которого только одно колесо было совсем овальное. Держа за спиной грибок зонтика, словно маленький круглый щит отступающего бойца, они проехали вдоль моря по аллее и дальше по Пасео-де-Такон к Эль-Принсипе.
- Ах ты! - почти с одобрением произнесла миссис Джорхем, когда перед ней распахнулись несравненные сады Лос-Молиноса.
Хорошо, она оттаивает!
