Положение дел в современных государствах можно понять, только если вспомнить, что благодаря воспитанию патриотизм окружен ореолом святости, а сохранение собственной нации считается первейшим долгом. Зачастую долг перед государством и долг перед человечеством сталкиваются в безнадежном противоречии.
Вразрез с интересами человечества идут попытки привить молодежи горячее стремление к чувству превосходства собственной нации. Оно возникнет, если мы будем воспитывать в них идею преобладания национальных интересов над человеческими, жестокого национализма – над национальными идеалами, завоеваний – над внутренним развитием, восхищения воинственными, героическими поступками – над восхищением самой целью, ради которой они свершаются.
Вот уже на протяжении многих лет апологеты евгеники проповедуют возможность разумными способами повысить уровень физического и умственного развития человека. Эта мысль настолько овладела умами людей, что в ряде государств евгенические принципы просочились в законодательные акты, а общественное сознание не приемлет браки, в которых, как полагают, может родиться нездоровое потомство.
Мысль о том, что с помощью этих средств можно избавиться от страданий и приблизиться к высшим идеалам, весьма привлекательна и находит отклик у тех, кому не безразлично развитие человечества.
Как показывает наш опыт в животноводстве и растениеводстве, путем правильного отбора у породы можно изменить практически любые признаки: размер, форму, цвет. Даже физиологические функции подвержены изменениям. Можно повысить плодовитость и скорость телодвижений, изменить чувствительность органов чувств, подстроить должным образом психические особенности. Оттого весьма вероятно, что сходные результаты можно получить и у человека, если соответствующим образом тщательно отбирать и скрещивать конкретных особей, – при условии, что человек позволит отбирать себя так же, как мы отбираем животных. Мы также вправе предположить, что, предотвращая размножение умственно или физически неполноценных особей, можно повысить общий средний уровень развития популяции.
Несмотря на привлекательность этих методов, применять их следует весьма осторожно. Евгенический отбор может влиять только на наследственные признаки. Если развитие желаемого человеческого качества полностью обусловлено влиянием окружающей среды и не будет передано потомству, отбор по этому признаку не окажет никакого влияния на последующие поколения. Поэтому чрезвычайно важно понимать, какие признаки наследуются, а какие нет. Более или менее устойчиво наследуются черты лица, цвет глаз, волос и кожи, то есть по этим признакам организм детей похож на организм их родителей, вне зависимости от того, в какой среде ребенок рос.
Поэтому, казалось бы, первый долг евгениста – опытным путем, без пристрастия определить, какие признаки являются наследственными, а какие нет.
К сожалению, такой подход не был применен на практике. При этом боевой клич евгенистов – «Природа, а не воспитание» – был возведен в ранг догмы, а условия окружающей среды, формирующие или же препятствующие формированию тех или иных физических и психических качеств человека, были отодвинуты на второй план.
Очевидно, во многих случаях влияние окружающей среды может вводить в заблуждение относительно наследственности тех или иных признаков. По сравнению с богатыми людьми бедняки растут медленно и остаются невысокого роста. Таким образом, населению бедного региона свойственен низкий рост, который, как нам кажется, передается по наследству, но который, однако, изменится, если поменяется экономическое положение людей. Чем большее влияние оказывает окружающая среда на последующие поколения, тем с большей вероятностью у нас создастся ложное впечатление о наследственности.
Здесь пути биологического евгениста и исследователя человеческого общества расходятся. У большинства современных биологов столь широко распространено представление о том, что функция организма зависит от его строения, что причины всех различий в функционировании организма они ищут в анатомии. Данная тенденция находит свое выражение в том, как подчеркивается связь между анатомической формой или конституцией и патологическими состояниями самого разного происхождения. В иных же случаях взаимосвязь может быть гораздо менее тесной, например, между анатомией и психическими отклонениями. Это еще больше проявляется при попытках поиска связи между общественными явлениями и строением тела. Многие биологи склонны полагать, что более высокий уровень развития цивилизации связан с более высоким ростом составляющих ее людей, что здоровье общества зависит исключительно от хорошей наследственности, а национальные особенности обусловлены свойственными данной нации особенностями телосложения.
