Это не исключает возможности формирования среди необразованных людей небольших замкнутых эгоцентрических обществ, таких как локальные изолированные коллективы или группировки, которые по интенсивности группового чувства и пренебрежению правами чужака равны первобытному человеку. В силу своего обособленного статуса они уже не относятся к массам. Было бы преувеличением распространить высказанное мнение на все стороны человеческой жизни. Речь идет только о тех фундаментальных понятиях добра и зла, которые развиваются в обособленных классах и в массах. В обществе с активной передачей верований невозможность спокойно относиться к взглядам и действиям еретика разделяется обеими группами. Когда же благодаря прогрессу научной мысли основы догматической веры расшатываются не в массах, а среди интеллектуалов, мы видим обратную ситуацию и большую свободу традиционных форм мышления среди интеллектуалов – по крайней мере в той части, которая относится к существующим догмам. Было бы также преувеличением утверждать, что массы могут почувствовать верный путь к осуществлению своих идеалов, ибо он должен быть познан на горьком опыте и путем применения знаний. Однако ни одно из этих ограничений не затрагивает нашего основного положения, а именно того, что желания масс человечны в более широком смысле, нежели желания классов. Поэтому неудивительно, что массы городского населения, чья привязанность к прошлому сравнительно невелика, быстрее и энергичнее откликаются на насущные требования времени, нежели образованные классы, и что этические идеалы лучших из них – это идеалы человека, а не обособленного класса. По этой причине я всегда более склонен принимать в отношении фундаментальных проблем человечества суждения масс, а не интеллектуалов, которые с гораздо большей вероятностью могут быть искажены бессознательным догматом традиционных идей. Я не буду утверждать, что суждения масс будут приемлемы для решения всех проблем человеческой жизни, поскольку многие из них по самому устройству своей природы находятся за пределами их понимания; я также не верю, что детали правильного решения проблемы всегда могут быть найдены массами. Но я твердо убежден, что сама проблема, как она ощущается ими, и идеал, который они хотят видеть реализованным, служит более надежным руководством для нашего поведения, чем идеал интеллектуальной группы, функционирующей в условиях запретов исторической традиции, которая притупляет их чувство к потребностям дня.
В универсальности данных реакций на человеческие потребности таится одна опасность. Экономические условия в цивилизованном мире настолько выровнялись, что без привязки к индивидуальной, исторически сложившейся культуре может возникнуть однообразие культурных желаний и уровней, что лишит нас ценного стимула, возникающего при взаимодействии различных культурных форм. Уже сейчас на нашей жизни сильно сказывается то, что города среднего размера лишены собственной индивидуальности. Удовлетворение элементарных желаний, которые во всем мире во многом одинаковы, должно найти свой противовес в развитии индивидуальности формы и содержания.
И еще одно соображение по поводу того, что может оказаться фатальным непониманием моего замысла. Когда я осуждаю бездумное подчинение идеалам наших предков, я далек от мысли, что когда-нибудь станет возможным или даже желательным отбросить прошлое и начать все заново на чисто интеллектуальной основе. Те, кто думает, что это возможно, не понимают, как мне кажется, человеческой природы. Само наше желание перемен основано на критике прошлого, и если бы условия, в которых мы живем, были бы другими, то и направление их было бы другим. Мы строим свои новые идеалы на основе труда наших предков, даже в тех областях, где его осуждаем, и так будет и впредь. Все, чего бы ни достигло наше поколение, со временем приобретет тот почтенный облик, который будет сковывать умы наших преемников, и потребуются новые усилия, чтобы освободить будущее поколение от оков, сформированных нами. После уяснения данного процесса мы должны осознать, что наша задача заключается в том, чтобы не только освободиться от традиционных предрассудков, но и искать в наследии прошлого полезное и правильное, стремиться освободить сознание будущих поколений, чтобы они не цеплялись за наши ошибки, а были готовы их исправить.
Выше мы рассмотрели влияние на современные проблемы ряда фундаментальных биологических, психологических и социальных факторов.
Существует множество других аспектов современной культуры, которые могут быть рассмотрены с антропологической точки зрения.
Одной из главных трудностей современной жизни является конфликт идеалов: индивидуализм против социализации, национализм против интернационализма, наслаждение жизнью против гонки за производительностью, рационализм против эмоциональности, традиции против логики фактов.
