– Ага, – хохотнула она, до конца не веря словам рухнувшего с дуба человека, – с каких это пор сторожа на деревьях тусуются?
– С таких, когда связь ловят! Чертово кладбище – настоящая дыра в зоне покрытия. – ответил мужичок с выражением сильнейшего недовольства.
Уперев руки в бока, он подошел к Табрис, спешно забрасывающей могилу землей.
– Так кто вы такая? Что вы тут делаете? – принялся он бомбардировать ее вопросами, – Зачем вы раскопали могилу этого человека? – глаза его округлились, когда он поднял взгляд повыше, – Да еще и оскопили его статую самым варварским способом?… Так, ну все, я вызываю полицию!
Услышав о полиции, Табрис поняла, что крупно влипла. Дождавшись когда сторож потопает в сторожку (очевидно звонить со стационарного телефона), она схватила лопату под мышку и мотанула прочь.
Идя к себе, сторож не переставая ворчал под нос:
– Ишь какая… Вот после таких цветочки-то на кладбище и пропадают. Ничего святого… Это вам не бесплатный цветочный магазин, ироды. – сердито потряс он в воздухе кулаком.
Услыхав вдруг странное шуршание позади, мужичок обернулся и увидел удаляющуюся от него девушку: с крыльями, на низком, бреющем полете. Он замер, кажется даже перестал дышать, полупал глазами.
– Все… – резко выдохнул он через несколько секунд, как крылатый человек исчез, – больше с утра не принимаю.
Вернувшись к себе в сторожку, он первым же делом выбросил початую бутылку и уткнулся в старый допотопный телевизор, позабыв что видел, аки глюк по пьяни.
А Табрис, пролетев метров пятьдесят, убрала крылья и, как ни в чем не бывало, двинула на выход. Уже там – у выхода – она увидела группу китайцев, увлеченно фотографирующих надгробие какого-то (стало быть, знаменитого) мужика, а еще чуть поодаль русских, с не меньшим энтузиазмом обсуждающих цены на здешнюю землю. Все-таки хорошо, что она вовремя спрятала крылья.
Расправлять и складывать их обратно, конечно, довольно болезненно, особенно когда они прорезаются сквозь кожу – кости спины меняются, смещаются… да и сам процесс не моментальный – для этого все-таки требуется некоторое время, но на людские глаза в таком виде попадаться не стоит. Определенно. Ведь люди не должны знать об их существовании. Им нельзя раскрывать свою натуру, показывать истинных себя и свои прибамбасы – использовать крылья или разгуливать с огненными саламандрами. Это непреложное правило. И оно работает для всех миров. Без исключения! Во имя неразглашения ангелицу скорее забинтуют, как мумию, и похоронят в кампании фараона, или сдадут в дом сумасшедших, чем позволят тайне раскрыться. Ведь это поставит под удар весь сверхмир.
Остается надеяться, что сторож не поднимет бучу по поводу увиденного. А как и полагается всем среднестатистическим людям, воспримет это как галлюцинацию или неосознанную мистификацию, ну, как с НЛО.
Эпизод 9
– Так, ну и зачем нам была нужна вся эта информация? Что она нам дала? – приставила Табрис начальство к ответу, сразу как вернулась домой и тщательно помылась в душе, стирая с себя запах и остатки воспоминаний о трипе в мертвецкие владения.
– Да ничего. Мне просто было интересно. – загадочно улыбнулась Анаэль. После чего, ни с того ни с сего восторженно запищала и замолотила кулачками по воздуху, как заправская фанатка, увидевшая объект своего обожания. – Офигеть, это он!
Пока начальство бурно радовалось новости, Табрис бесилась – ее заставили за “просто так” прошвырнуться туда-обратно в это ужасное место, прекрасно при этом зная об ее отношении к подобным локациям.
– Я вот что подумала, – деликатно прокашлялась демонесса (прострел эмоций уже прошел и она вернулась к своему обычному состоянию), – мне кажется ты права, надо мне и самой пройтись до туда. Хочу прям реально посмотреть на его памятник! Может быть даже сегодня… или завтра вечером. – горячно выпалила Анаэль, блеснув своими густо накрашенными демоническими очами.
Тут Табрис вспомнила про порчу частного имущества и что платить за это безобразие ее наверняка заставят из собственного скромного кармана.
– Нет-нет-нет… – панически замахала она руками, – То есть, я хочу сказать, тебе не стоит туда ходить… В том смысле, что там нет ничего интересного… Статуя у него, как статуя – самая обычная, да такую каждый второй себе лепит как посмертный фотошоп… Еще там не убрано… И смотритель неадекватный… В общем, ничего интересного. К тому же, мы, вроде как, снова беремся за частное дело, так что нам всем есть чем заняться. – затараторила ангелица, стараясь спутать мысли начальницы и сбить ее с намеченного пути.
– Надо же, с какой прытью ты взялась за это дело, вдруг… – многозначительно замолчала демонесса, пронзительно посмотрев на Табрис.
Дабы скрасить охватившую ее неловкость, Табрис потянулась к чашке кофе перед собой. Пригубила до коликов противный ей напиток. Анаэль все так и не отводила взгляд. Она сделала еще глоток, и еще…
