Нет несогласных. Всё так, как сказал командир. Но айлы, зная жизнь, не бывали причиной смерти. И теперь их души и сердца в трепете. Им предстоит перейти грань, которую только что преодолел Сандр. И, – не допустить, чтобы это произошло с Нуром.
Сандр вернул взгляд на Найденыша и тихо сказал ему:
– Я пока не знаю, кто ты и откуда. И для чего с нами. Но я узнаю! И тогда! Ты знаешь, что будет тогда…
Найденыш на спине Тойры сжался в себе так, что стал походить на съеженного паука.
– А пока делай то, что предназначено. Тебе выбирать.
Сандр отвернулся от Найденыша.
– Отряд! Ситуация требует завершения. Чтобы неживое действовало, им требуется управлять. Тот, кто управляет ими, обладает жизнью и разумом. Он там, – Сандр простер руку в глубь камышовых джунглей, – И мы найдем его. Вперед, отряд!
Камыш под черным телом Воронка трещал и ломался. Поросшая серой травой почва тревожно пружинила. Небо, серое и металлическое, нависало прямо над головами. Но запаха гнили исчез, айлы убрали повязки с лиц.
В Стране Теней нет смены дней и ночей, царит усредненная серость. И нельзя определить, сколько прошел отряд, прежде чем ему открылось пространство без камышей. А в том пространстве из той же серой травы выступает громадный кусок монолитной скалы с зияющим провалом.
– Это здесь, Сандр, – с усилием произнес Нур, скользнув отсутствующим взглядом по лицу Сандра.
Нур не согласился с новым обликом Сандра: не просто командира, но воина, готового и принять смерть и подарить ее тому, кого посчитает врагом. В Арде Айлийюн нет врагов. Ард Ману оказался совсем другим. Открытие требовалось переварить.
– Да, здесь, – согласился Сандр, подавив вспышку печали, – Мы с Глафием идем внутрь. Джахар! Остальные под твоей опекой. Наблюдайте. И будьте настороже.
Ничего таинственного, никакой магии. В скале, – пещера, тянущаяся в неизвестные глубины. А у входа, среди причудливых сталактитовых и сталагмитовых колонн, стоят кувшины из обожженной глины. Кувшины в половину роста Сандра. Что значит, – в рост обычного айла. И Нур, и даже могучий Глафий легко уместятся в любом из них. Сандр – не сможет. А над кувшинами, – легкое серебристое сияние, играющее цветными искрами на кристаллах, покрывающих колонны.
– Когда-то, давно.., – сказал Глафий, —Мы в глубоких недрах Илы-Аджалы. Азарфэйр поднял скалу.
Голос Глафия прокатился по полу, неровности камня подбросили его вверх, он отразился от близкого потолка и погас впереди, в непроглядной темноте. Но прежде чем утихнуть, разбудил стража пещеры. Слабо светящаяся фигура восстала из-за кувшинов, открыв бледное лицо с серыми глазными впадинами. Лицо, не знавшее солнечного света и Радуги.
– Кто ты? – строго спросил Сандр.
Фигуры в цветной ауре не могли не встревожить полуживую тень. Или живую полутень… Неуничтоженная третья шеренга не могла спрятаться нигде больше, кроме как здесь. И Сандр повторил вопрос, вложив в него угрозу возмездия:
– Кто ты? И что здесь хранится?
Бледная фигура изогнулась камышинкой под порывом ветра; по пещере пронесся шелест, понятый айлами.
– Я Лусин. Я всего лишь страж. Страж кувшинов…
– Кто твой хозяин? И где он?
Тень молчала, продолжая изгибаться, будто по пещере гуляет переменчивый ветер. Сандр быстрым шагом приблизился к кувшину и ударил по нему ногой, обутой в тяжелый походный ботинок. Раздался гул, по коричневой поверхности зазмеились трещины и кувшин с глухим треском распался на куски. А среди обломков обнаружилась скорченная в позе младенца фигура, подобная тем, что напали на отряд перед камышами. Фигура шевельнулась, Сандр ухватил ее рукой за шею и, выкрикнув предупреждение, выбросил наружу.
Лусин колыхнулся и упал на колени.
– О, я знаю, кто ты! Остановись, прошу…
– Ах ты, хранитель смерти! – Сандр со стороны выглядел усташающе, – На мои вопросы надо отвечать! Я разобью все кувшины. И освобожу тебя от работы. Или…
– Бурта, Бурта.., – шелестящий голос наполнился страданием, – Я приведу тебя к хозяину Бурте.
А позади Сандра раздался голос Нура:
– Сандр, мы разобьем кувшины. После. При необходимости.
Сандр резко повернулся с намерением сделать выговор, но желание пропало. Нур смотрит прямо, не скользящим касанием. И смотрит уверенно, понимающе.
– То, что в кувшинах… И те, что напали… Когда-то они были живыми. Как мы. А теперь… В них программа, заложенная кем-то. Может быть, Буртой. Он способен ими управлять. Зачем, – не знаю. Но они были живыми, Сандр…
«Они были живыми…» – фраза Нура воспроизводилась пещерным эхом, пока не прозвучал голос Лусина:
– Они бессмертны, Сандр… Бурта подарил им бессмертие. И лишил страданий. Разве вы не хотите того же?
«Вопрос как капкан!» – в Сандре нарастало возбуждение воина. Новое состояние, в которое он вошел в стране бессмертных теней… Состояние требовало действий. Наверное, так правильно. Пора размышлений должна закончиться. В отряде есть кому размышлять. Но и действия… Сами по себе они тоже ничего не стоят.
