Я отнял руки от манипуляторов, пальцы буквально одеревенели. Даже в фалангах не сгибались.
Я взглянул на своё запястье. И… там не было ничего. Никаких торчащих черных звезд, или даже хотя бы следов ран. Только черная полоса просвечивала под кожей, как и прежде. Словно никаких ран и не было. Виднелись лишь царапины, которые я получил, пока помогал Матео выбраться из-под завалов. Приборную панель испещрили выбоины, но я не видел крови, которая капала из моего запястья.
Я выдохнул и почти беззвучно простонал. Что же теперь? Я прошел испытание?
Взглянул в смотровой экран, покрытый паутиной трещин. Вега-9 в нем уже занимала лишь треть экрана. Она больше не казалась мне красивой. Лишь зловещей.
Конечно, просто так она нас не отпустила. Челнок получил повреждения. Мы лишились ещё и системы климат-контроля, на борту стало ужасно жарко. Кроме того, три из четырех маневровых двигателя тоже вышли из строя и требовали немедленной починки.
«Больше не было оповещений от системы Рая?» — спросил я у Коня.
«Каких ещё оповещений?»
«Ну ты же сообщал мне об испытаниях…»
«Ни о каких испытаниях я тебе не сообщал. Ты что, слишком сильно головой ударился?»
«Как это?», — послал я ему сообщение, ощущая, как горю изнутри. Я ещё раз оглядел руку, которая кровоточила полчаса назад, когда кожу на запястье разрывали изнутри черные звёзды. Никаких следов теперь не было.
«Так это. Только про починку главного двигателя докладывал» — заключил Конь.
«Точно?», — я откинулся в кресле, недоуменно моргая глазами. Ужасно кружилась голова.
«Точнее некуда».
«А почему тогда мы падали на Вегу?»
«Была гравитационная аномалия, но ты заметил её не сразу, потому что был занят грёзами о Принс и болтовней», — пришло сообщение от Коня, и я перечитал его несколько раз, не веря.
«Сколько времени уйдет на починку двигателей?» — спросил я.
«Три-четыре часа».
«Принял».
Я никак не мог уложить в голове происходящее. Попросил проверить сообщения от Коня нейросеть. Он же предупреждал меня про испытания, буквально настаивал на том, чтобы я убил Матео.
«В архиве нет ни одного сообщения от Коня про испытания на Веге-9», — уведомила меня нейросеть.
По затылку скользнул холодок. Что всё это значило?
«Разверни архив за последний час».
Далее перед моим внутренним взором предстала моя переписка с Конём за время катастрофы, и все сообщения касались лишь ремонта челнока. Не может быть! Какого чёрта? Сердце забилось чаще, я сглотнул ставшую кислой слюну. Здесь какая-то ошибка… Я же видел своими глазами. Помню, как удивлялся, что Конь назвал Матео балластом.
Протяжно выдохнув, чтобы успокоиться, я решил взглянуть на инфопанель с построенным мною маршрутом до Броссара, но увидел лишь треснувший и соответственно нерабочий экран. Я перевёл взгляд на Матео.
— Ты как? — я повернулся к нему. — В порядке?
Он открыл глаза, наши взгляды встретились. Несколько секунд Матео молча пялился на меня с недоумением.
— Ат… ат-тракцион был что надо… — пробормотал он. — Мы вырвались?
— Угу… — прошептал я, выключая магнитные крепления, собираясь встать с кресла. — Правда, двигатели нужно починить, но Конь справится за три часа.
Я прочитал в его глазах тревогу: «Ещё одна задержка. Мы можем не успеть». Но озвучивать Матео её не стал.
— А зачем ты приставлял бластер к моему лбу? — тоже выключив магнитные крепления, задал он вполне закономерный вопрос, но у меня от него закружилась голова.
И вот что ему сказать? Я не нашел ничего лучше, чем сказать правду, в которой теперь был не уверен.
— Конь мне передал, что для повторной сонастройки системы Рая и моей души мне нужно пройти три испытания. Чтобы пройти первое, нужно было убить тебя… Тогда бы Вега-9 нас отпустила.
Уже договорив до конца, я понял, насколько глупо и неправдоподобно звучит. У меня ни одного доказательства нет. Матео скривился, резко встал, схватил меня за грудки и, выдернув из кресла, брякнул об стену. В спине вспыхнула тупая отрезвляющая боль. Я не стал сопротивляться. Даже не успел об этом подумать.
— Ты что сбрендил? Так это планета нас держала?! Она живая?! — зарычал Матео со злой усмешкой. — Я с самого начала просил тебя следить внимательно за маршрутом! А ты, твою мать, считал сколько раз Принс посмотрела на какого-то мужика…
— Я уверен, что правильно правильно построил маршрут… — спокойно ответил я. — Говорю тебе, здесь была гравитационная аномалия…
Я вспомнил сообщение Коня. Он ничего не знал про испытания, зато говорил про аномалию. Матео шумно выдохнул, на мгновение отводя взгляд. В вентиляции что-то надсадно тарахтело, словно даже челнок издевательски посмеивался надо мною.
— Ты облажался, Трой, — Матео ткнул мне пальцем в грудь. — Хотя бы признай это, не беси меня! И скажи, зачем тыкал мне в лоб пушкой?
На последней фразе Матео разочарованно покачал головой.
На секунду во мне взыграла обида. Ну как он так говорит? Я же не принес в его жертву, хотя от меня этого требовала система Рая. А требовала ли она, если Конь таких сообщений мне не присылал?
