Я, наверное, никогда не отделаюсь от того липкого страха, что вызывали воспоминания о них. Мои ладони стали влажными, и Эрик, видимо, ощутив, как я боюсь, крепче сжал руку.
Секунды тянулись вечностью. Красотка не двигалась, и всё же казалась спокойной. Вроде бы не собиралась кинуться на меня и сожрать. В жёлтых завихрениях её радужки мне мерещилось лишь сочувствие. Она сочувствовала мне. Из темноты памяти сверкнул образ кнута Икабода, рассекающего мою спину, и его палец на моих губах, унизительно раскрывающий мне рот. Меня передёрнуло, и Красотку тоже. Будто в желтизне глаза мелькнула боль. Она убила Икабода, потому что он вредил мне?
Я с трудом перевела взгляд. Другие шоут тоже казались спокойными. Всего их в изолятор спустилось штук десять, и они становились друг за другом. И непрестанно, но совершенно одинаково шипели. Если раньше я различала их голоса и эмоции, то сейчас их шипение сливалось в абсолютно бесцветный белый шум. Он успокаивал и утягивал за собой в какой-то транс.
— О, я не верю своим глазам, — послышался ошарашенный голос Гомера. — Я думал, что это небылица…
— Что? — я уставилась на него.
— В основе подпространственных технологий визитантес лежат исследования шоут, эти животные общаются через подпространство, — сказал Гомер, с любованием глядя на сороконожек. — Я тоже долго их изучал… Ты сейчас ничего не чувствуешь?
— А что-то должна? — я прислушалась к своим ощущениям.
И мне почудилось, что на фоне монотонного шипения где-то капает вода. Медленно, редко, но звонко. Странно. Будто звук исходил изнутри меня самой.
И чем больше я его слушала, тем сильнее он охватывал моё тело пугающей вибрацией. Судя по лицам Эрика и Алисии, они ощущали что-то похожее.
— Они пытаются тебе помочь, — в голосе Гомера слышалась улыбка. — Пытаются связаться с Троем…
Мурашки и вибрация окутали сетью, кажется, всё моё тело. Я взглянула на Красотку и увидела, что она сцеплялась кончиком хвоста с другой сороконожкой, а та с ещё одной. Та, что находилась рядом с Эриком, оплела его ногу.
Он ошалело покосился на меня.
— Не рыпайся, — попросила я.
— Как-то некомфортно мне в виду случившегося, — он кивнул на тело Икабода в камере.
— Потерпи, — сказала я, и почувствовала, как Алисия ногтями впилась мне в ладонь.
Одну её ногу оплела сороконожка, находящаяся слева, а вторую та, что встала между нами.
— Всё будет хорошо, — прошептала я Алисии и обратилась к Гомеру. — А как они свяжутся с Троем, запутавшись в наших ногах?
— Среди записей визитантес есть зарисовки таких хороводов шоут. Так одна стая искала другую… Используя вас, они ищут Троя, я думаю, — ответил он. — Ты в центре хоровода, значит, будешь говорить с ним.
Какой-то звон резонировал в костях, но он не был слышен снаружи — он шел изнутри. Звук становился всё сильнее, пробивал до дрожи. Уносил куда-то прочь из изолятора. Прочь со станции. Меня будто сдуло из собственного тела, как пылинку и унесло. Я влетела в какую-то черно-серую пустыню, где пространство постоянно растекалось, как волны.
На пару мгновений я стала только страхом. Что случилось? Звон, звучащий вдали, будто сквозь толстую стену, успокаивал. Это были голоса шоут, слившиеся в один, их ритуальная песня. Они меня сюда отправили? Точно.
Но вдруг монотонный звон разрезал человеческий голос. Тот самый голос… родной. Бархатистый и обволакивающий:
— А может, никакой я не особенный?
Это он! Ликование. Восторг. Счастье.
— Ты чего глупости такие говоришь? — ответила машинально я, и в моей интонации сквозили слезы. Слезы радости слышать Троя.
— Принс? — раздалось громче, и только я хотела ответить, что, конечно же, это я, болван, как меня ударило током. Так сильно, что куда-то швырнуло.
— Трой! Трой! — звала я, но меня выносило из серо-черного волнующегося моря песчинок. — Трой!
Ну как же? Я должна предупредить! Боль, вспыхнув из позвоночника, опалила все тело. Перед глазами теперь разверзлась только кромешная тьма. Я слышала свой собственный неразборчивый скулеж будто откуда-то со стороны.
— Принс, Принс… — меня, кажется, хлопали по щекам, но я ничего не чувствовала, только слышала шлепки по коже. — Ну же девочка!
В мельтешении света под прикрытыми веками я увидела оттиск фигуры с синими глазами. Меня пробила дрожь. Я услышала что-то похожее на смех. Какой-то хрустальный перезвон. Но я знала, что существо так празднует победу. То самое существо, о котором я должна предупредить Троя.
— Кто ты?! — бросила ему я.
Не знаю как. Это не было похоже на звук, больше на вибрацию в протянутой между мной и им фиолетовой нити.
— Тот, кто вернет своё…
От его голоса будто внутренности выжгло. Меня всю затрясло, кто-то подхватил моё тело на руки и побежал. Я была уверена, что это Эрик.
— Реанимацию, быстрее! Не дышит!
Какую ещё реанимацию… кому? Мне? Я умираю!? А как же мой малыш?
Малыш… ну пусть вс… в …дке.
Мысли путались. Я улетела куда-то в безмолвную пустоту.
Сколько она длилась, я не знаю, но вскоре в неё начал проникать хриплый голос с ворчливой интонацией.
— Стоило отойти на пять минут, и она уже влипла куда-то…
