— Да так и справляюсь… Думаешь, зачем мне это кладбище на спине? Кладбище оно ведь не мёртвым нужно, а живым… — я тоже отвернулся. — Там среди бойцов и родители мои есть. Всех их ношу с собой. Никого не забыл.
Я постарался шмыгнуть носом как можно тише, но Трой заметил и сочувственно поджал губы.
— Вы чего тут шушукаетесь? — в каюту вошел Матео. — Ещё и на мою койку сел…
— Ладно, я пойду, — сказал Трой, вставая.
— Подожди, — Матео нахмурился, доставая гитару. — Я же пошутил. Мы тебя это… с Сантьяго «убратили». Можешь ещё немного с нами посидеть.
— «Убратили»? — переспросил я, всеми силами пытаясь не улыбаться.
— Ну… Как усыновили, только от слова брат, — Матео кивнул на койку, предлагая Трою сесть обратно. — Не знаю, как для Санти, а для меня ты, как младший брат… Я тебя точно «убратил».
— Не знаю, что и сказать, — Трой обезоруженно улыбнулся, будто ему голодному выдали десять лишних пайков. — Я был бы рад, если б у меня был такой брат, как ты.
— Так и радуйся, tio, — Матео хлопнул Троя по плечу.
Я в очередной раз подумал, как Матео хорошо читает людей. Как понимает, что им нужно. Солдат он неплохой, но всë-таки больше человек мира.
Трой ничего не ответил, но сел обратно на койку, а Матео плюхнулся рядом:
— Я вам сейчас спою, — он положил пальцы на гриф гитары, второй рукой провёл по струнам.
Задорный и нежный звук задрожал в воздухе, касаясь сердца. Мне стало так радостно, что Матео здесь и бренчит. И что Трой здесь. И что в проёме незакрытой двери показалась Вараха, а с ней рядом Принс. На душе потеплело.
Мы живы. Твою мать. Снова играет музыка. Что-то маячит впереди. Сражения, вылазки и, может быть, победа, наконец.
Мне вспомнилось, как Матео играл нам с Принс на Веге у реки. Как мы думали, что построим там дом. Подумалось теперь, построим. Большой. Пусть там живут эти двое влюблённых.
Принс как раз прошла и села между Матео и Троем, беря за руку последнего. Какой обаятельный детский сад. Как они за ручки держатся. Невинные подростки. Ромео и Джульетта, твою мать. Пусть. В этом что-то есть.
Матео закончил мелодично-мечтательный проигрыш, и только собрался запеть, как мелодия сорвалась неприятным звуком.
— Простите, — он усмехнулся. — Ещё не привык к новым пальцам, пока не идеально мы с ними подружились…
Он снова начал играть и запел:
«Может, я, может, ты
Может, я, может, ты
Сможем изменить этот мир»
Я поймал на себе взгляд Джессики, что тоже заглянула в каюту, и коротко улыбнулся ей.
«Мы тянемся к душе,
Которая бродит впотьмах»
Принс положила голову Трою на плечо, её тёмные короткие волосы разметались по его светлой куртке.
«Может, я, может, ты
Сможем найти ключ к звёздам,
Поймать дух надежды,
Спасти одну пропащую душу»
Джессика мило закусила нижнюю губу, опустила голову, и я осторожно пробрался к ней. Сегодня мою пропащую душу спасёт наш совместный ужин.
В каюте пилотов желтоватым глазом светила ночная лампа. Опять здесь было пусто: Смарт с Исигуро остались в кубрике.
Я потянула Троя к кровати. Ужасно хотелось прижаться к нему, почувствовать тепло его объятий. Но Трой вдруг замер в полушаге и разомкнул наши руки:
— Подожди…
— Ты ещё хочешь побыть один? — спросила я, едва скрывая разочарование.
Трой утомлённо улыбнулся и покачал головой:
— Нет. Хочу быть с тобой, — он убрал руку во внутренний карман куртки. — Я хорошо понял, что время терять нельзя.
— Тогда давай сходим в душ? Я бы хотела сходить туда вместе, но можно и по очереди… — я сняла с себя куртку, под которой была только плотно прилегающая к телу короткая майка.
— Подожди… — он что-то достал из кармана и стоял, зажимая это в руке.
— Чего ждать? Что-то не так? Ты сам сказал, что время терять нельзя, так давай не будем, — я быстро сняла штаны, оставаясь только в трусах и майке.
Трой с трудом оторвал от меня взгляд, увёл в сторону. Такой забавный. Великовозрастный подросток… Но меня это только подзадоривало. Трою нужно было отвлечься. Я это знала, и действовать хотелось решительно. Прошлая наша ночь едва не стала единственной. Собственно, эта, вторая, тоже может стать последней.
— Я хотел тебе кое-что сказать… — начал он, поджал губы и встав на одно колено.
Здесь я испугалась, подумала, что ему стало плохо. Может, ноги подкосились? Я тут же присела на колени рядом с Троем:
— Ты чего? Нога болит? — с волнением спросила я.
Трой широко улыбнулся. В глазах его, до этого довольно грустных, блеснули веселые огоньки.
— Нет… Не болит, — сказал он и раскрыл ладонь. — Принс Гонсалес, ты будешь моей женой?
В его руке лежало тонкое серебристое колечко с вкраплениями сверкающих фиолетовых камешков. Такое красивое, что я на секунду замерла, рассматривая его.
Потом до меня дошёл смысл вопроса Троя. То есть он хочет, чтобы я надела кольцо и стала его невестой? Это предложение? Я молча взглянула на свою неаккуратную мозолистую руку, потом снова на кольцо. Посмотрела на Троя.
Глаза его казались спокойными, но я понимала, что для Троя это предложение было очень важным. Он не дышал, ожидая ответа.
